Выбрать главу

Стоило сделать шаг, как ветка хрустнула под ногами. Старухи тут же бросили свои дела и повернули головы в сторону звука. Сердце замерло в груди. Леонид скукожился и представил, как одеяло накрыло его с головой. Закрыв глаз, он представил, как все кошмары тянут к нему руки, но невидимое защитное поле бьет их, не позволяя коснуться добычи.

Теплые мысли разливались по телу, как ароматный чай. Легкая улыбка появилась на лице, и стоило открыть глаза, как тут же возникло лицо старухи. Морщинистое, болотного оттенка, оно застыло с вечной улыбкой и выпирающим передним зубом. В грязных волосах покачивались кости, а когтистая лапа с обрубленным мизинцев, потянулась к мальчику.

Леонид закричал. Его крик на мгновение притормозил старуху, что сыграло мальчику на руку. Ноги несли прочь от этого места, душа снова попала в петлю перемен: прах, старик, взрослый, подросток, новорождённый. Пока холод не коснулся спины, затем затылка, рук и ног. Тело замерло в позе беглеца, покрытое блестящей коркой. Глаза видели перед собой мутные линзы, а потом наступила темнота.

Когда свинцовые веки пришли в движение, наступила боль. Фантомная боль в левой руке и в двух пальцах на правой. Леонид пытался ими пошевелить, чтобы унять неприятные ощущения, но это было бесполезно: нельзя заставить двигать то, чего нет.

Мама плакала, уткнувшись лицом в больничную простыню. Отец стоял на улице и курил сигарету за сигаретой. Бросив вредную привычку еще до рождения Полины, он вернулся к ней тогда, когда обнаружил в лесу замерзшего сына.

В тот вечер, когда Леонид понял, что находится в больнице, он слышал, как за окном раздавились выстрелы. Волки выли, разнося предсмертное послание по округе, чтобы предупредить своих сородичей о надвигающейся гибели. Выстрелы, запах пороха, скулеж хищников, которые истекали кровью. Леня накрыл голову подушкой, но слышал, как животные, начиная от взрослой особи и заканчивая маленьким волчонком, умирали.

Поли не было. Ее не нашли, как и остальных детей. Пустая могила, в которой покоилась кукла и пижама, обросла травой. У Леонида не было сил, чтобы прополоть от сорняков кладбище. Какие-то вандалы раскололи надгробие Никиты, а к Вадиму давно никто не приходил. Может потому, что его родители умерли, а другим родственникам было все равно? Отец Лени уехал спустя пару месяцев после того, как Полину официально признали погибшей. Никто не знал, как он прожил свой век, но спустя множество лет, он, скорее всего, был уже мертв. Мама дожила до пятидесяти, и, пораженная инсультом, протянула еще семь лет. Она не вышла повторно замуж и со своим мужем так и не развелась. После бессвязного рассказа Лени о том, что в лесу живут странные старухи, отец исчез. Леонид надеялся, что отец ему поверил, и начал собственное расследование.

Вспышка камеры ослепила. Мужчина повернулся в сторону туристического автобуса.

— А тут, если верить слухам, позабытое божество силами своих прислужников, собирало дань, которую ему задолжали смертные. — Голос гида звонко разносился по округе. — Сейчас вы можете наблюдать, как этот мужчина, что стоит рядом с могилой сестры…

— Мужчина? Он ведь старик! — возразил кто-то из туристов.

— Он единственный из ныне живущих, кто смог посетить обитель забытого божества и вернуться живым. Говорят, что там, в царстве льда, он в битве с монстрами потерял руку и пальцы. Другие уверяют, что он просто замерз в сугробе и конечности пришлось ампутировать.

По автобусу пробежался смешок.

— Право каждого, верить в забытых богов или нет, но в этой деревне когда-то приносили детей в жертву, а потом жители возвели в идолы новых богов. Новые были лояльны, не требовали жертв, но старые обозлились.

Леонид знал эту историю наизусть. Каким-то образом родная деревня стала туристическим объектом, который раз в неделю посещали туристы, готовые заплатить деньги за искаженную правду. А потом они вернутся домой, поцелуют своих дочерей и сыновей и забудут о том, что гнев богов с каждым годом разрастается все больше, требуя то, что принадлежало им с основания мира.

Леня привык не обращать внимания на людей. Заковыляв в сторону покоившегося дома, она закрыл дверь изнутри и выдохнул. Он не был стариком. Всего лишь покалеченный мужчина, который не выглядел на свой возраст. Казалось, что путешествие туда, куда путь запрещен, брало плату. Это того стоило.