— Увы, Оленька. Нет больше деда. Кончился. Эх, кабы не нужда, фиг бы меня в эту сбрую заставили влезть.
Михаил Степанович остановился возле автомобиля, погладил мятое крыло : — Жаль менять».
— Михаил Степанович. Мне даже и неловко спрашивать. А сколько вам лет? — Не удержалась Оля.
— А у тебя в паспорте сколько написано? — Привычно захихикал он, однако, сообразив, что переигрывает, ответил серьезно. — Человеку столько, на какой возраст он себя чувствует.
— Да верю, ну что вы… Я так просто…
Он включил поворотник и тронул машину… И вдруг наперерез Жигулям из потока движения вывернул джип. Машина подрезала «копейку» и встала.
— И что это значит? - Оля сердито уставилась в тонированное стекло:
— Сейчас узнаем. — Всмотрелся в лицо водителя Михаил Степанович. — Одно из двух, или у человека нет мозгов, или они есть.
Дверь джипа распахнулась, и наружу выбрался плотный паренек. Он неловко прикрыл дверь и шагнул к чуду советского автопрома. Однако агрессии в его действиях не чувствовалось.
— В чем дело, молодой человек? — дружелюбно улыбаясь, спросил Михаил Степанович.
— Ох, ты. Обознался. Человека одного ищу. Жигуль у него похожий.
— Знакомый? — все так же бесстрастно уточнил Михаил Степанович, признав одного из тех здоровяков, которые не так давно пытались вытрясти у него деньги.
— Да нет, поговорить хотел… — придерживая одну руку другой, хмуро отозвался парень. — Извиниться. Рука у меня… Сколько по врачам ни ходил, ничего. Извелся. Даже у гадалки недавно побывал. Вот она и посоветовала. Прощения попросить у всех, кого обидел. Может и отпустит. Вот я и решил…
— Даже так? — удивился Михаил Степанович. — Ох, сомневаюсь я, что от чистого сердца. Ну, да ладно, и то хорошо. Считайте, извинения приняты. Я понимаю, иногда крутизна зашкаливает. Это ничего, по молодости, бывает. — Он протянул руку и нажал пальцами на предплечье собеседника.
— Вот и все. Ты меня тоже извини. Это я погорячился. Но уж больно вы с приятелем нахально себя вели. Ладно, езжай и будь здоров.
Здоровяк удивленно пошевелил ожившей рукой и крикнул в спину уходящему: — А Вальке я фэйс начистил…
Михаил Степанович обернулся: — Вот что. Сейчас идешь в тот магазин. Покупаешь все цветы. И гонишь к подружке. И пока не простит, не уходишь. Все ясно? Вперед.
— А то ведь рука, она опять онеметь может. — С улыбкой закончил он.
Их жигуленок повернул за угол, а незнакомец все стоял возле машины. Он пытался что–то сообразить, но никак не мог уловить, почему так легко на душе? Конечно, пропала тянущая боль в руке, но было что–то еще. Исчезла заноза. И он точно знал, что сейчас цветочный ларек напротив весьма ощутимо поправит свои дела.
Мир спецслужб полон тайн, недосказанности, хитросплетения интриг, и порой самые простые явления и события имеют двойное, а то и тройное дно.
Михаил Степанович, в который раз пытался выстроить алгоритм проработки ситуации и в который раз упирался в недостаток объективной информации и геометрическую прогрессию возможных вариантов.
«Что мы имеем на сегодняшний момент? — решил он зайти с другой стороны:
— Желание и попытку некой группы лиц установить контроль над периферийным заводишком, помимо всего прочего изготавливающим системы наведения для ракет пусть и востребованных, но не являющихся супер секретом и сверхоружием. Обычное тактическое вооружение. И с чего ты взял, что все это затевается с каким–то дальним прицелом? Наличие контракта. Так не будь контракта, не было бы и продукции. Глубокая маскировка? Не такая уж она и глубокая. Тогда что тебе навеяло эти афинские страсти? Интуиция? Дело хорошее, однако штаны не сошьешь.
И умножать сущности можно до бесконечности. Стоит допустить одно неверное предположение, и забредешь в такие дебри…
— Личности участников операци? Это, конечно, довод, однако : — Это не есть факт… Мало ли какая может быть причина?»
«Вот что, — скомкал он очередной листок, исчерченный стрелками и кружками. — А не подергать ли мне тигра за усы? Пусть рявкнет, тогда и послушаем. А вдруг, тигр–то тряпочный? Главное, не переборщить и не раздразнить сверх меры…»
Глава 9
Выполнение задуманного Михаил Степанович решил не откладывать в долгий ящик.
Новенькая «Ауди», не супер, но приличная А6, жалобно кряхтела на раскатанной колее проселочного танкодрома. «Тут тебе не Автобан», — повинился водитель, стараясь объехать совсем уж непролазные ямы.
Дорога по улицам города к зданию Администрации много времени не заняла. Стиль вождения привыкший все делать на совесть Михаил Степанович поменял кардинально. Ездить по старому, значило вызвать нездоровый интерес не только водителей, но и гаишников. Поэтому он скрепя сердце нахально высовывал нос машины, выбираясь на перекрестки и перестраиваясь в пробке.