«Вроде все, — оглянулась вокруг с легким сожалением. — Прощай… дом, до свидания Михаил Степанович».
Минька уже не выл. Он стоял посреди двора и, вздыбив шерсть, глухо рычал, глядя на дорогу.
— Ко мне, — скомандовала Оля и шагнула к воротам. Пес помедлил, но двинулся следом. Беспрекословно забрался на заднее сидение машины, шумно выдохнул, нюхая воздух.
— Сидеть, Миня. Сидеть, — попросила она, усаживаясь за руль. Мотор тихо заурчал, и автомобиль двинулся навстречу кавалькаде, едущей из города.
Проехав с километр, Оля остановила машину. «Здесь», — она вспомнила, что на прошлой неделе, гуляя с собакой в лесу, отыскала небольшую пещерку, от вывернутого с корнем громадного кедра. Место было полностью укрыто от посторонних глаз, и в тоже время подойти к нему можно было посуху, не оставляя следов. Собрав из бардачка все заполненные гаишниками бумаги, добавила к ним удостоверение личности и сунула стопку в пакет, в котором лежал портфель с бумагами.
«Если будут обыскивать, лишние вопросы ни к чему», — решила она.
Снег на взгорке растопило мартовским солнцем. Протиснулась в узкий ход и, запихав сверток в проем, присыпала мерзлыми комьями, сухой листвой и хвоей.
— Ждать, — Оля повернулась к сопящему за спиной псу. — Положила руку на лобастую голову: — Ждать здесь. Я вернусь.
Пес опустился на землю, выбрав сухой участок, и глянул на новую хозяйку.
Оля выбралась из ямы и внимательно всмотрелась в следы.
За собаку она не особо беспокоилась. С его шкурой и клыками не пропадет. Лишь бы не ослушался.
Выскочила на дорогу и, не заботясь об осторожности, двинула машину навстречу неизвестности.
Пара километров тряски, и вдруг из–за поворота, в лоб ее малютке, вылетел идущий на приличной скорости микроавтобус.
Тяжелую машину повело юзом.
«Газель» остановилась, и тут же из салона посыпались облаченные в камуфляж фигуры. Люди в масках сноровисто окружили машинку и наставили оружие. Один из бойцов рванул дверцу и легко, выдернул Олю из салона, норовя уложить лицом в снег.
— Отставить, — строгий окрик, прозвучавший из вальяжного лимузина, остановил порыв гоблина. Держа хрупкую фигурку на весу, боец вопросительно глянул на мужчину в сером пальто.
— Задержанную ко мне, остальным продолжать движение. Вперед. — скомандовал тот.
Подобно шарикам стекающей в каплю ртути, «коммандос» запрыгнули в автобус. Машина фыркнула и, осторожно объехав маленький автомобиль, исчезла за поворотом.
— Здравствуйте, — вежливо склонил голову штатский. Короткий ежик седоватых волос и правильные черты лица делали его похожим на киногероя, игравшего проницательных и честных следователей в одном из многочисленных ментовских сериалов.
— Если не ошибаюсь, мы с вами встречались. На приеме. — Едва заметно развел губы в вежливой улыбке мужчина, но тут–же поскучнел лицом штатский. — Вынужден сообщить вам трагическую новость. — Ваш дед, Степанов Михаил Степанович, попал в автомобильную аварию. К сожалению, «скорая» опоздала.
— Мне сообщили… — Оля постаралась удержать готовые вновь политься слезы.
— Примите мои соболезнования, — пробормотал милицейский чин. — Еще раз простите, но у меня по этому поводу к вам несколько вопросов. Меня зовут Анатолий Григорьевич Смоляков. Подполковник Смоляков, — посчитав, что издевка в словах девчонки ему померещилась, служивый продолжил: — Нам придется ненадолго проехать в управление. Буквально на полчаса.
— Это так срочно? Я должна…
— Это срочно, — добавил в голос металла подполковник. — Я понимаю ваше горе, но это не долго.
— Что–ж, поехали. — Оля мотивированно сунула руку в кармашек куртки за ключами.
— Лучше, если машину поведет наш сотрудник, — подался вперед штатский.
— Я что, арестована? — удивилась Оля.
— Что вы?.. — подполковник ничуть не смутился. — Но мне кажется, ваше состояние не позволяет вам вести машину.
— Ах, так это вы обо мне заботитесь. Понятно. Тогда коне… — И не закончив фразы Оля нажала кнопку дистанционки.
Земля подпрыгнула. А еще через долю секунды прозвучал грохот. Над верхушками корабельных сосен взвился столб огня и дыма.
Командир, и подчиненный непроизвольно вздрогнули и синхронно повернулись в сторону, куда уехала «Газель».
Пользуясь моментом Оля неторопливо вынула руку с зажатым в кулаке пультом и тихонько уронила игрушку в снег и грустно посмотрела на зарево.
— Что это было? — Смоляков наконец отмер.