Друг из школы навестил ее ближе к вечеру.
Джек с Шоном как раз курили на балконе, когда его, тщательно проверив и осмотрев, пропустила охрана. Дженни радостно выбежала навстречу. Ее другом оказался высокий и весьма симпатичный парень, который, скользнув по тонкой талии собственническим движением, наклонился и поцеловал девушку в губы. Дженни тут же отстранилась, смущенно покосившись на охрану и не догадываясь, что за ними наблюдают еще и Джек с братом. Взяв парня за руку, она торопливо увлекла его за собой, уводя от посторонних глаз.
Джек украдкой взглянул на Шона, который напряженно застыл на месте с замершей у рта сигаретой, которую не донес. Заметив взгляд Джека, он опустил руку, нервным движением отшвырнув почти целую сигарету. Джек с многозначительным видом пододвинул ему пепельницу, напомнив тем самым о том, что раскидывать окурки здесь не принято. Шон это знал и никогда так раньше не делал. С невозмутимым видом Джек вытащил из пачки еще одну сигарету и протянул ему.
Не поднимая на него глаз, Шон снова прикурил.
— Ей всего шестнадцать, — тихо проговорил Джек, устремив взгляд на океан и неторопливо выпустил из легких дым.
Он не видел, но знал, что его брат покраснел.
— А на сколько лет ты старше Кэрол? На семь, если не ошибаюсь? — резко ответил он, что на него было не похоже.
— Дело не в том, насколько ты старше, а в том, сколько ей лет сейчас, — спокойно сказал Джек.
— Этого парня этот факт не смущает, насколько я заметил.
— Они ровесники. Ну, может, он старше на год-два, не больше. Не думаю, что между ними есть близкие отношения.
— Ты откуда знаешь? — еще резче спросил Шон.
— Знаю. По ним увидел. Понять, есть ли между девушкой и парнем близкие отношения не так уж и сложно.
Шон промолчал, потому что лично он ничего такого понять не смог. Но мнение Джека сомнению не подвергал. Зато он понял, увидел, что этот парень девушке нравился.
— Он симпатичный, — тихо заметил он.
Джек удивленно посмотрел на него.
— И что?
— И он ей нравится.
— И что? — еще с большим напором сказал Джек. — Когда я встретил Кэрол, она вообще любила другого. Красивые женщины, вообще-то, редко бывают не заняты. А настолько красивые — и подавно. Найди себе никому не нужную дурнушку и не заморачивайся. А хочешь красавицу, которую хотят и будут хотеть другие — придется других задвинуть. Этот парень ничем не лучше тебя. И другие — тоже. А даже если в чем-то и лучше — плевать. Тебе какое до этого дело? Главное, чтобы она стала думать, что ты лучше, даже если это не так, что она тебе любимее и дороже, чем другим. И, пока она тебе нужна, желательно не облажаться, чтобы она не стала считать иначе, — не без досады добавил он, отводя погрустневший взгляд.
Шон тихонько вздохнул, разглядывая его жалостливым взглядом.
— Как добиться женщины я тебя научу, в этом у меня большой опыт, — продолжил Джек. — А вот как удержать или вернуть — в этом я советчик неважный. Я всегда сам бросал женщин, поэтому опыта в том, как сохранять разваливающиеся отношения у меня не было никакого. Потому я и потерял свою жену. Наделал кучу ошибок и вместо того, чтобы исправить, наоборот, все окончательно испортил. И сбежала она от меня, как от черта, перепугавшись, возненавидев и позабыв о любви…
— Ничего, Джек, все еще образуется.
— Не знаю, брат… не знаю… — Джек вздохнул, опираясь о перила балкона и смотря вдаль невидящим взглядом. — Раньше я всегда был уверен в себе, в том, что делаю. В том, что все равно добьюсь того, что нужно. Я всегда знал, как это делать. В любых ситуациях. Но почему-то с моей семьей, с женой это не сработало, дало сбой. И я это слишком поздно понял. Я шел напролом, как делал всегда, добиваясь своего силой, напором, хитростью, даже ложью… чем угодно, ни на кого и ни на что не оглядываясь… шел по головам, как привык. Даже не задумываясь, что на этот раз это головы моей жены и сына… что давлю их. Я раздавил Куртни, попавшую мне случайно под ноги… Раздавил Кэрол. Я разнес и растоптал всё и всех, как бешеный бык — так говорит обо мне теперь мой сын. И я понял теперь, что с ними так нельзя. Что надо по-другому. И проблема в том, что по-другому я не умею.
— Ну, надо пробовать — и научишься. Человек всему учится. Ведь шагать по головам и добиваться своего любой ценой ты тоже учился. Теперь научишься и другим способам. Ты же все можешь. Ты умный, додумаешься, как и что. Как правильно и лучше. Главное — не терять уверенность в себе, правда? И найти правильный способ. Правильную тактику. Если с этой не выходит, значит по-другому надо… А как именно — придумаешь. Ты же гений. Что тебе стоит? Ты же адвокат. Тебе не привыкать выстраивать стратегию защиты. Они же всегда разные, под ситуацию подстраиваются. Облажался — давай, вытаскивай себя из этой лажи, придумай. Ты же мастер добиваться оправдания для тех, кто налажал. Перед законом и обществом уже себя оправдал, все исправил и наладил. Теперь и перед семьей своей то же самое сделаешь. С отцом вон уже получилось. И с ними все получится.
Джек улыбнулся.
Да, Джордж уже находился у него, впервые они жили под одной крышей с тех пор, как Джек окончил школу и уехал поступать в Гарвард. Ему была отведена светлая комната с большим балконом, выходящим во двор. Ухаживающий за ним медбрат выкатывал его на этот балкон, и Джордж мог наблюдать за происходящим во дворе, где сейчас всегда было оживленно. Туда-сюда сновала охрана, Дженни и Брук гуляли с детьми. К тому же, Джордж требовал, чтобы ему постоянно приносили Келли, которую любил держать на руках. Ничто не делало его сейчас таким счастливым, как эта крохотная трогательная малышка. Он радовался тому, что находится здесь, в доме Джека, что они помирились, хоть и сдерживал, как всегда, свои эмоции и чувства. Единственное, что омрачало его радость — это Патрик. Вернее, его отсутствие. Он уже готов был стерпеть, если вернется Кэрол, лишь бы это вернуло ему внука. А еще он боялся, что мальчик будет сердиться на него, что не захочет простить. Как боялся этого Джек. Не было ничего страшнее и болезненнее для Джорджа, чем потерять его любовь. Отправляя Кэрол на казнь, он рассчитывал на то, что мальчик никогда не узнает, что он имел к этому отношение. Он еще маленький, откуда ему знать, что происходило за закрытыми дверями суда и почему его маму осудили? Но он узнал, как сказал Джек. Каким-то образом узнал. И это было очень плохо. Но Джордж верил, что сможет помириться с ним, ведь они всегда так были близки, только бы Патрик вернулся — а остальное наладится, он в этом был уверен. Ведь даже с Джеком они смогли, наконец-то, помириться, хотя раньше Джордж в это даже не верил. А Патрик ребенок. С ребенком проще.
А пока он наслаждался пребыванием в доме сына, заботой и вниманием, которое ему уделяли все, кроме охраны. Даже Дженни, захватив с собой Джейми, пришла с ним познакомиться. Девочка ему понравилась. И малыш понравился, несмотря на то, что был как две капли воды похож на ненавистного Мэтчисона. Но желания его понянчить он, конечно, не испытывал. Он был чужой, и этим все сказано. Пусть этого ребенка любит и заботится о нём его папаша.
Джордж был удивлен поступком Джека, что тот забрал к себе этих чужих детей, но вмешиваться не стал, в принципе ничего не имея против. Просто удивился, потому что на Джека это было не похоже. Подобные поступки не в его духе. Но он даже не стал спрашивать, чем руководствовался Джек и почему принял такое решение.
Вечером перед тем, как лечь, Джек постучался в комнату к Дженни и Джейми.
Малыш уже спал, а девушка читала при свете настольной лампы.
— Зашел узнать, как вы? — прошептал Джек, остановившись на пороге.
— Хорошо. Спасибо, — кивнула Дженни, выпрямившись на постели и отложив книгу.
— Он, как вроде, немного успокоился, — Джек посмотрел на мальчика, мирно спящего в своей кроватке, которую привезли из дома вместе с остальными вещами и игрушками.