— Это ты у Луи спросишь, он все организовал. У него большие связи. Говорит, проклятых где только нет. И все ему подчиняются. У одного из них своя авиакомпания, которая занимается частными рейсами. Вот на его самолетах мы и удираем.
— Понятно…
Кэрол скользнула взглядом мимо него.
— Торес! — хрипло позвала она. — Мелинда… Мел…
— Я здесь, — Торес, дремавшая в соседнем кресле, закутавшись в плед, проснулась, придвинулась к ней и взяла за руку.
— Ближе, — попросила Кэрол.
Торес присела и склонилась над ней, подставив ухо, сообразив, что Кэрол хочет ей что-то сказать так, чтобы Тим не слышал. Тот немного обиженно наблюдал, как Кэрол что-то шепчет ей на ухо. Торес скользнула по нему взглядом и, стянув с Кэрол один из пледов, вручила ему.
— А ну-ка, организуй нам ширму. И сам отвернись. — велела она.
Обида исчезла с лица Тима, он кивнул и, поднявшись с кресла, расправил одеяло и закрыл им женщин, отвернувшись. Аккуратно вытряхнув медикаменты на пол, Торес свернула наволочку и заглянула Кэрол под сорочку.
— Кэрол… кровь, конечно, должна быть… но мне кажется, что ее слишком много, — прошептала она. — Это плохо. Мне говорили, ты и так много крови потеряла. Как ты себя чувствуешь?
— Плохо.
— Я вижу, — кивнула Торес, засовывая наволочку под сорочку, пропитавшуюся кровью. Встав, она забрала одеяло у Тима и сама укрыла Кэрол. Обернувшись, он успел заметить пятна крови на рубашке Кэрол.
— Что-то не так? — встревоженно спросил он.
— Ей надо в больницу. Срочно. У нее кровотечение, — тихо ответила Торес. — Сколько нам еще лететь?
Тим побелел, метнув на Кэрол перепуганный взгляд.
— Пилот говорил, что лететь одиннадцать часов. Мы летим всего четыре с половиной часа, — ответил Тим, взглянув на часы. — Даже пол пути еще не пролетели.
— Это слишком долго. Она может не дотянуть. Мы должны сесть и отвезти ее в больницу.
— Но мы сейчас над Атлантическим океаном, нам некуда садиться, — в голосе Тима послышалось отчаяние.
Торес покусала губы, смотря на Кэрол, и, вздохнув, присела рядом на пол. Бледная и неподвижная, та снова спала. Тим тоже опустился на колени.
— Мы должны что-то сделать… — прохрипел он, умоляюще смотря на Торес.
— Мы ничего не можем сделать.
— Но почему? Что с ней не так? Почему это кровотечение?
— У нее были тяжелые роды, пришлось делать кесарево сечение. Она потеряла много крови. Почему у нее опять кровотечение, я не знаю, я не врач. Но я знаю, что его нужно остановить и, скорее всего, сделать ей переливание крови.
— А как его остановить?
— Это знают только хирурги. Мы ничего не сможем сделать, поверь мне. Только молиться.
Тим в отчаянии обернулся на остальных, но все крепко спали. Снова поднявшись, он прошел по проходу между креслами и коснулся плеча старика.
— Луи, — позвал он.
Тот поднял на него вопросительный взгляд ясных глаз, в которых не оказалось и намека на сон.
— Кэрол… ей плохо. Ты можешь ей помочь? Она истекает кровью.
— Я знаю, — спокойно отозвался старик и вздохнул. — Я же говорил, ее время пришло. Она умирает. Только никто ведь не хотел меня слушать. Она вытаскивала в этот мир мертвых оттуда, где они должны были оставаться — и тем самым подписала себе приговор, приблизив свой конец. Я предупреждал ее. Она не послушалась. Это ее решение, она знала, на что идет. Отпустите ее. Просто отпустите. Вы все равно ничего не сможете сделать.
— Что случилось? — проснулся Исса и, сонно щурясь, посмотрел на них.
Тим застыл на месте, сцепив зубы, с налившимися слезами глазами.
— Что должно было, то и случилось, — невозмутимо ответил Луи. — Кэрол умирает.
— Как умирает? — вскинулся Исса. — Почему?
— Потому что пора.
— Ни хрена не пора! — вдруг вскричал Патрик, вскакивая с кресла, забыв о ремнях безопасности, которые врезались в его тело. Поспешно их расстегнув, он бросился к Кэрол и, упав на колени, схватил ее за руку.
— Мам! Очнись, не спи! Смотри на меня! — он с силой сжал ее кисть, а другой рукой потрепал за плечо. Она медленно открыла глаза и взглянула на него.
— Вот так, мам, молодец. Я здесь, с тобой. Я тебя держу. Я не отпущу… не отдам тебя.
Кэрол слабо пожала его кисть, выдавив улыбку.
— Я спать хочу… немного посплю…
— Нет! Не спи! Смотри на меня, слушай мой голос, — сурово велел Патрик.
Кэрол послушно боролась со сном, но все же, как не тормошил ее мальчик, вскоре впала в забытье и больше не приходила в себя. Сжав ее кисть руками, Патрик вдруг тоже закрыл глаза, словно на чем-то сосредоточившись. И тоже больше не двигался, застыв, как неживой.
Все остальные с тревогой и недоумением наблюдали за ним. Но ничего не менялось.
Исса, согнувшись в кресле, прикрыл лицо ладонью, не захотев больше на это смотреть. Торес тоже прикрыла глаза, устало откинувшись в кресле. Тим сидел на полу рядом с Патриком и Кэрол, положив голову ей на бедро и обнимая ее за ноги одной рукой.
И лишь Луи продолжал наблюдать за Патриком, ни на миг не отрывая от него пристального взгляда. Но мальчик словно больше не видел и не слышал никого вокруг.
Шли часы, а Патрик продолжал держать Кэрол за руку, не произнося ни слова, с закрытыми глазами, хотя было очевидным, что он не спит. Он почти не двигался, лишь сел прямо на пол, устав стоять на коленях. Кэрол тоже лежала неподвижно и тихо. Тим со страхом прислушивался к ее дыханию.
Торес заглянула под одеяло, потом слегка приподняла ногу Кэрол, заставив Тима оторвать от нее голову.
— Ну, что там? — прошептал он.
— Лучше… — не сумев скрыть удивления, отозвалась та. — Кажется, кровотечение остановилось…
— Слава богу! — выдохнул Тим, прикрыв от облегчения глаза. Потом наклонился к мальчику.
— Рик, кровотечение остановилось. Вернись в кресло. Поспи.
Тот мотнул головой.
— Не могу. Я держу ее.
Тим недоуменно уставился на него, удивленно переглянувшись с Торес.
— Ты не удержишь, Болли. Отпусти ее, — раздался вдруг сиплый голос старика.
— Я уже ее держу. И не отпущу. Я же сказал, я ее не отдам. Не мешай, не лезь, если помочь не хочешь, — проворчал Патрик.
— Я просто не могу. Я бы помог, если бы мог.
— А я могу! — огрызнулся мальчик и, открыв глаза, с любовью погладил Кэрол по белым волосам. — Не бойся, мам… я тебя держу. Держу. Мы доедем до больницы, и там врачи сделают, что должны. А я сделаю все остальное, чтобы ты жила. И ты будешь жить, я тебе обещаю. Долго-долго. Сколько захочешь. Мы вместе будем жить, сколько захотим. Хоть целую вечность.
Глава 7
Кэрол пришла в себя в больничной палате.
Она оказалась одна, и с удивлением окинула взглядом вокруг.
Может, она в тюрьме, в лазарете, а побег из тюрьмы ей приснился?
Пока она пыталась вспомнить, как здесь оказалась, в палату вдруг вошла Торес. Увидев, что Кэрол пришла в себя, Мелинда вздохнула с облегчением.
— Слава Богу! Как ты себя чувствуешь?
— Слабой… — прошептала Кэрол. — Где мы?
— В больнице.
— Я ничего не помню… Мы летели в самолете… — Кэрол наморщила лоб, сдвинув брови в попытке вспомнить.
— Даже не старайся. Ты отключилась, поэтому и не помнишь. Мы думали, ты умрешь.
— Я тоже так думала, — с удивлением призналась Кэрол. — Почему же я до сих пор жива?
— Я не знаю. Но кажется… это твой сын, он что-то сделал, — Торес пожала плечами. — Он не отходил от тебя ни на минуту, говорил, что держит тебя, что не отпустит.
Глаза Кэрол наполнились слезами.
— Да, это он… мой мальчик… Где он? Где они?
— Нол… или Тим, я так и не поняла, как его зовут, с твоим сыном пошли перекусить. Исса под дверью, меня караулит, — она горько усмехнулась. — Когда ты так долго не приходила в себя, он и старик снова хотели от меня избавиться. Но твой сын и этот парень заступились за меня.
— И Патрик? — Кэрол не смогла скрыть своего удивления.
— Да. Я сама удивилась. Но он сказал, что раз ты так хотела, меня никто не тронет. И вот… я все еще жива, — Торес нервно пожала плечом. — Но не знаю… надолго ли?