Именно так со мной происходило, когда я в кого-то влюблялась.
Это точно нехорошо – я была уверена, потому что мне нельзя в него влюбляться.
Все это казалось каким-то неправильным и желанным в то же самое время: он вспыльчивый, его настроение может резко измениться, и я даже не буду иметь представления почему.
Но с другой стороны, меня притягивала его личность, прошлое и настоящее, то, что происходит в его голове. Я знала, что он заботлив и спокоен, но стоит его разозлить…
Может ли что-то и привлекать, и отторгать одновременно?
Его молчание. Его тишина, его немые намеки на симпатию.
Едва слышное согревающее дыхание, тронувшее мою шею и прошедшее по виску. Осторожный, такой же безмолвный поцелуй в изгиб подбородка, влажный и горячий.
Я закрыла глаза и медленно сжала его руку в своей, чуть впиваясь короткими ноготками в его кожу. Майк тихо усмехнулся, прижимая к себе еще крепче.
Это совсем не напоминало танец: я просто переминалась с ноги на ногу, он двигался со мной в унисон, вскоре мы совсем остановились. От Нолана так приятно пахло, что я ненароком забывалась, пропадая в ощущениях так глубоко, что даже не осознавала, что должна что-то сказать…
А должна ли? Есть ли смысл в словах, когда все понятно и без них?
– Все идет не по плану, – едва слышно шепнул Нолан, и я слышала в его голосе заметное замешательство, – я от такого отвык.
– О чем ты? – спросила я, повернувшись к нему и глядя в серые глаза.
Нолан смотрел на меня с высоты своего роста и измученно улыбался, все еще продолжая сжимать в своих руках.
– Мне нельзя в тебя влюбляться, – произнес он, – это испортит тебе жизнь.
Я прикусила щеку. Он только что признался мне в чувствах, а я застыла в растерянности, как идиотка, и никак не могла отреагировать.
Сейчас мы, два адекватных, достаточно взрослых человека, признали, что попали в ловушку.
Мне было предельно ясно, о чем именно говорит Майк: он боится, что последствия его диагноза скажутся и на мне. Что в случае, если мы привяжемся друг к другу, меня ненароком сделают заложницей его настроения, страхов и потерь.
И мне не было понятно, боялась ли я на самом деле Майкла Нолана. То, что происходило в его жизни прежде, было так давно, что сейчас я и не могла подумать, что подобные вещи имеют место.
Но затем я вспомнила тот момент с его личными вещами, как он схватил меня за горло… По телу прошлись уже совершенно другие мурашки, а в голове, словно ядерный удар, возникла мысль о том, что он, возможно, прав.
Но хотела ли я этого? Просто признать, что он мне не пара?
Нет. Определенно нет.
Мой затуманенный алкоголем разум четко давал понять: я хочу продолжения. В любом случае, хорошо это будет или плохо, мне хочется и дальше узнавать Нолана, пусть даже это обернется катастрофой.
Спустя несколько долгих секунд он меня отпустил, дальше ничего произошло, и я не понимала, что чувствую: в глубине души, конечно, я хотела снова ощущать его тепло, руки на себе, но часть меня активно уговаривала остановиться, пока не слишком поздно.
Но я понимала, что уже поздно. Этот момент, кажется, настал уже тогда, в самый первый день. Именно он стал отправной точкой в этой катастрофе. Майкл с грустной улыбкой отдал мне честь, а затем ушел.
Я подошла к Викки, она болтала у стойки с барменом: та весело рассказывала о том, что если добавить в вишневый сидр немного лимона и дольку апельсина, то получится чудесный коктейль для девичника. Видимо, Ви уже успела поведать ей о своем счастье.
Приобняв Викки, я шепнула ей, что между мной и Ноланом пробивается какой-то росток. Но я до сих пор не уверена, цветы ли это или шипы.
– Все через задницу, Ви!
– Да почему? – удивленно воскликнула она. – Извини, Брианна, подруге нужна помощь! – Она повернулась к красноволосой женщине и дала ей пять, а затем схватила меня за плечи и потащила в конец бара, где была сцена.
Она усадила меня на краешек, села рядом и внимательно принялась слушать, уперев руки в щеки.
– Ну и?
– Что? – выдохнула я, сокрушенно всплескивая руками. – Это невозможно! Я чувствую себя неправильно, Ви. Он сказал мне, что все идет не по плану, что если он в меня влюбится, то испортит мне жизнь!
На всякий случай я осмотрелась: нет ли где поблизости Джейка или Майка. Их уши не должны слышать наш с Викки задушевный разговор.
– Какому плану? Он так и сказал? – спросила подруга. – Вот же…
– Он прав, – с очевидной печалью выдала я, – сама же понимаешь, ситуация жесть…
– Ничего не жесть. – Закатив глаза, Викки взяла меня за руку и провела пальцами по костяшкам. – Знаешь, ему давно был кто-то нужен, вот она ты, так что не надо додумывать за него… Ты ему уже нравишься, Эш, это и так понятно, мы люди взрослые, никто просто так ничего не говорит, тем более уж Майк. Господи, он ведь даже улыбается по расписанию!