– Мама? – удивленно спросила я. – Она тут?
– Конечно, – кивнул Нолан, куснув и без того раненую губу, – сразу ей позвонили. Она приехала через пару часов.
– Ох… – Я коснулась пальцами спутанных волос и ощутила легкое головокружение. Мама все это время была тут, и я не слышала ее. – Я… слышала тебя, Глорию… Роджера…
– Она спала, – пояснил мне Майк, – очень вымоталась, мы все тут… на иголках.
– Я в порядке, – выпалила я, откуда-то ощущая острое чувство вины, – скоро поеду домой, мы…
– Так, успокойся, – строгий голос резво вернул меня в реальность, – все хорошо. Никто, кроме Вуда, не виноват, Эшли. Восстанавливайся. Ты хочешь что-то? Поесть или попить?
– Апельсиновый сок, – жалобно попросила я, – но вообще я рада, что проснулась…
– Я тоже рад.
Я заметила, что его костяшки разбиты и покрыты тонкой коркой крови.
– Ты подрался?
– Нет, – ответил Майк, – просто выпустил пар.
Я не стала уточнять, что именно было его оппонентом. Но даже один только вид его изувеченных рук заставил меня продрогнуть с головы до ног.
Мое туловище было перемотано эластичным бинтом, но я могла медленно вращать корпусом, чтобы усесться поудобнее на койке.
– Значит, апельсиновый сок? – Он наконец-то улыбнулся по-настоящему, обнажив зубы. – Больше ничего?
– Сэндвич с курицей, но…
– Я влюблен в тебя.
Тут же закрыв рот, я растерянно посмотрела в серые глаза. Он нагло улыбался, слегка подняв брови в ожидании моего ответа. Сказать мне было нечего.
В палате вдруг стало так тихо, что мне начало давить на перепонки; никогда бы не подумала, что тишина может так сильно оглушать. Сердце билось так сильно, что я побоялась, что он тоже его услышит.
– Господи, не свались заново, – нервно проговорил Майк, – я не подумал, что тебя это так шокирует. Я рад, что ты в порядке. Сейчас зайдет Глория…
Он был прав: дверь открылась, и показалась тетушкина светлая растрепанная макушка с завязанным пучком волос.
– О боже! Ты проснулась! – прохныкала тетя, тут же подбегая и нежно сжимая мое запястье. – Как ты?
– Н-нормально, – выдохнула я, все еще глядя на Майка большими удивленными глазами, – говорили с Майком про сок. Тут есть сок?
– Есть, – кивнула Глория, – сейчас позвоню Дине, она принесет…
Майк смотрел в ответ: нагло, прямо и безо всякой шутки или иронии. Ему все еще было немного весело оттого, что я так отреагировала на его спонтанное признание, но я правда не умела правильно отвечать.
Думаю, не существует никаких правил по этому поводу. Я хотела бы сказать честно, что его чувства взаимны, но сейчас было неловко. Мама прибежала спустя пару минут и тут же бросилась ко мне, чтобы обнять; она сделала это бережно и мягко, я не ощутила совершенно ничего болезненного.
И пусть на подъем с койки я пока не рассчитывала, но уж точно могла просверлить взглядом Майка, который делал все то же самое со мной. Это была бессловесная битва двух характеров.
Я уже хотела пригрозить ему кулаком, но мама вовремя передала мне пластиковую бутылочку с соком.
– Мы с Гло отойдем ненадолго? Майк, присмотришь? – обратилась мама к Нолану, и он сразу же кивнул.
– Теперь это моя работа. – Край его губ мягко дернулся в улыбке.
– У тебя сегодня очень необычное настроение, – чуть сощурилась Глория, мягко толкая маму к двери.
– Я не спал почти сутки, – пожав плечами, Майк едва слышно промычал, видимо, от боли, – а так я в норме.
Когда мама и Глория вышли, я сразу же глотнула сока и отложила бутылку за подушку. Пока никого не было, Майк пододвинул койку, на которой сидел, ближе к моей: уселся поудобнее, впился взглядом в мои растерянные глаза и отчего-то напрягся.
Я перевела дыхание:
– В чем дело? – Единственное, на что хватило сил голосу.
Почему-то сейчас он пугал меня до немого ужаса; я почти чувствовала, как дрожат кончики моих пальцев и как холодок струится по спине.
– Мне нужно будет уехать на день к отцу и Заку, – негромко произнес Нолан, – это займет максимум один день. Пожалуйста, никуда не ходи одна. Вуд подался в бега, и мне не нужно, чтобы он нашел тебя раньше, чем до него доберется полиция.
– Я поняла.
– Обещаешь?
– Обещаю, – сказала я, нервно сминая пальцами края простыни, – а когда ты поедешь?
– Вечером, – кивнул он, – медсестра говорила, что как только ты очнешься, то скоро тебя выпишут. Сейчас пять часов утра… Где-то к шести.
– Хорошо. – Я медленно протянула руку к краю кровати, многозначительно глядя на Майка и тяжело сглатывая: – Если меня выпишут, то я буду у Глории…