— Я сообщу, куда следует, — кивнул старший Зарница. Затем Фирс опустился рядом с девочкой, вдруг оставшейся сиротой, на колени, и, осторожно взяв за маленькую ладонь, мягко спросил: — Где похоронить твоего отца, покажешь?
Она молча забрала ладонь и побрела куда-то в сторону. Соседка, утирая лицо платком, тяжко вздохнула.
— Там кладбище у нас, господин. Мать ее похоронена…
Фирс все ждал, когда же она заплачет. Но слез она в ту ночь так и не проронила.
Настоящий момент.
О, Всевышний, что же я натворила! Неприятный холодок, будто посмеиваясь, пробежался от шеи до поясницы, дыхание стало учащенным. Да здравствует паника! Не мигая, я уставилась на знакомое место, куда так рвалась… Вот оно, то самое кладбище. Если пройти вдоль тропинки и мимо избушки смотрителя, а потом повернуть налево, то легко найду две могилы, что так важны для меня. Если, конечно, они не разрушены. А за самим кладбищем, стоит только пересечь кустарники дикой розы, находилась Святая роща, где когда-то отец пытался научить меня медитировать. Люди почему-то верили, что духи леса дружат с душами усопших, и в деревнях рощи часто создавали именно возле кладбищ.
— Что с тобой? — прошептала Мари на ухо. — Ты побледнела.
— Я боюсь, что мы попали, подруга…
Договорить нам не дали. Какой-то бледный мужик очень грубо схватил за руку мою подругу и тут же получил в нос от решительно настроенного Родрига. Хороший такой удар у него получился — у мужика кровь пошла. Меня кто-то резко потянул за плечо, Феникс начал создавать свой огонь, Мари неожиданно вскрикнула, а Родриг очень сильно выругался. Ситуация накалялась с каждой секундой, и я неожиданно очень обрадовалась, когда вмешался староста.
— Стойте, стойте, — лениво облокотившись на чей-то старый памятник, Ирвин укоризненно зацокал языком. — Разве можно так с нашими гостями? Дайте девушке сначала навестить могилу родных.
Очень не понравилось мне это емкое «сначала», но мое плечо неохотно отпустили, хотя Мари по-прежнему стояла поодаль, окруженная как минимум пятью свихнувшимися фанатиками, что крайне нервировало Родрига. Феникс тоже не спешил убирать свой приличных размеров пульсар.
Я решительно шагнула вперед, но была тут же поймана за руку.
— Сели? — вопросительно сдвинул брови Феникс, не давая мне сдвинуться.
— Мне нужно с ним поговорить, Феникс, — очень тихо произнесла я, заглядывая в его необычные глаза. — Отпусти.
— Мы так не договаривались! — раздраженно ответил парень, еще крепче хватая меня за запястье. Второй рукой он держал свой пульсар, воздух вокруг нас искрился.
— Мы также не договаривались, что вы поедете со мной. Иногда все идет не плану, привыкай!
— Черта с два, Селена!
Я едва не застонала, чувствуя, как внешне спокойный Ирвин начинает терять терпение, покосилась на молчаливого Родрига, и, переведя взгляд на Мари, обомлела вовсе.
— Феникс, — прошептала я испуганно, а чтобы он вновь не начал не вовремя затевать ссору и доказывать свое превосходство, схватила за лицо обеими руками и направила в сторону Мари.
Руки державшего ее парня удлинялись на глазах, превращаясь в тонкие гибкие ветки, совсем как в моем страшном сне. Ветка-рука медленно обвила нежную девичью шею и замерла аккурат возле яремной вены.
— Что за..
— Родриг, не двигайся, — предупреждающе вскрикнула я, заметив, как рванулся друг на помощь и как вздрогнула ветка, оставив на шее Мари каплю крови. — Феникс, держи его, я сейчас.
И, пользуясь всеобщим замешательством, я резво побежала к ожидающему меня старосте. Естественно, мне не дали подойти близко. Две женщины встали по бокам, два подростка молча перегородили путь.
— Хватит, — я беспомощно подняла ладони кверху, показывая, что сдаюсь, что без оружия. — Хватит играть, я помню тебя, Ирвин.
Холодные глаза торжествующие блеснули.
— Я тоже не мог тебя забыть, дарующая жизнь.
— Что тебе от нас нужно? — просто спросила я.
— От тебя, — спокойно поправил Ирвин, улыбаясь. Внезапно он снова стал тем циничным, жадным и жестоким мужчиной, что хладнокровно приказал своим служащим убить простого травника. — Ты все видела во сне, девочка.
— Сон… — я вспомнила главного жителя Странного леса, что так жаждал моей крови, посмотрела в темные прорези глаз на как будто мумифицированном лице, и в голове промелькнула догадка. — Как же так получилось, что все кошмары воплотились в реальность? Что ты сделал с деревней, Ирвин? Или ты не Ирвин…
— Слишком много вопросов, девочка, — оборвал меня староста. — Мы устали тебя ждать…
Двое парней, что преграждали путь, шагнули вперед.