Просьбу парень выполнил, махнув рукой, но пульсар получился маленьким и слабеньким. Видно, совсем плохи дела.
— Знаешь, Феникс, тебе надо поспать. Ресурс быстрее восстановится.
Никогда не понимала, когда надо вовремя прикусывать язык. Лицо сводного братца, хорошо освещаемое маленьким пульсаром, вытянулось, и мне показалось, что нервно дернулось веко.
— Ты издеваешься надо мной? — нервно спросил он, хватая меня за плечи.
— Нет, — честно ответила я.
— Селена, — глухо пробормотал он, перемещая руку мне на шею.
— Ты, надеюсь, не придушить меня хочешь? — я было дернулась, но схватка стала еще сильнее.
— Очень хочется, — признался этот страшный человек. — Да боюсь, еще раз ты не воскреснешь.
— А-а-а, — наконец поняла я. — Ты за меня испугался и поэтому злишься?
— Нет, ты точно издеваешься, — выдохнул он куда-то в макушку, прижимая меня еще крепче. — Ты попросила довериться. Десять минут, мол, а потом спали все к чертям. Десять минут, Селена! Мы нос к носу столкнулись с отцом и директором школы, мы не теряли времени на разговоры, лишь перекинувшись парой фраз, а ты… уже была мертва.
— Но я ведь не нарочно! — попыталась возмутиться я в свое оправдание, но красивая мужская ладонь ловко накрыла мои губы, не давая сказать.
— Нет, сейчас говорю я, — сказал он тихо и грозно, превращаясь в того надменного и капризного Феникса, что ставил мне подножки и постоянно задевал. — Чтоб ты знала, Селена, я никогда раньше не испытывал такой боли. Даже когда мама умерла, даже когда узнал, что болен отец. Я был влюблен в тебя с четырнадцати лет, но не мог признаться в этом самому себе, а когда решился наконец, ты умерла. Никогда не смей так больше делать.
Я только-только захотела прокомментировать его заявление, а этот вредный мужчина меня поцеловал, крепко обхватив затылок. Поцелуй был коротким и странным, жестким и нежным одновременно, но от него екало в животе, подкашивались ноги и кружилась голова. Феникс сначала зло прикусил мою губу, а потом нежно провел по ней языком. Закончилось все так же неожиданно, как и началось. Только-только я в шоке прикасаюсь к своим опухшим губам, а он уже уходит. Лишь пульсар, оставшись без хозяина, грустно мигал на меня, понимая, что скоро погаснет.
Глава 19. То ли еще будет!
Все начинается с любви…
Твердят:
«Вначале
было
слово…»
А я провозглашаю снова:
Все начинается
с любви!..
Роберт Рождественский.
Вопреки нашим с Мари предположениям (или желаниям, ибо Милан бывает жутко невыносимым растением, а хомяк не дает мне спать по ночам), комната встретила нас спертым воздухом и удивленными, но вполне живыми питомцами.
— Как же ты выжил? — удивленно спросила Мари, тут же доставая маленького рыжего бедняжку.
— Да, как же ты выжил? — вторила я, поливая жутко недовольного Милана, готового выплеснуть на меня свое негодование.
— Повезло нам, что вы неприхотливые, — кажется, искренне обрадовалась соседка.
— Или не повезло, — еле слышно пробормотала я.
Обратная дорога показалась какой-то хмурой и быстрой. Фирс долго и упорно упрашивал меня (Феникса он о таком просить поостерегся), чтобы я взяла академический отпуск и поехала с ним домой. Чуть слезу не пустил, вот правда, я едва не купилась. Но тут закономерно вмешалась мадам Гиацинта и вежливо объяснила, что мы и так много пропустили, надо наверстывать. Фирс сдался, а на прощание крепко-крепко обнял меня и шепнул:
— Спасибо, моя травница. Тебя ждет великое будущее!
Не знаю, какое там будущее меня ждало, но зачеты обещали быть нелегкими. Надеюсь, наш побег не обернется великим поражением?
— Знаешь, подруга, наведаюсь-ка я в библиотеку, ладно?
У Мари вытянулось лицо.
— Ты правда уже сегодня хочешь учиться? Поражаюсь твоим рвением, Сели.
— Раньше начнешь, как говорится, — пожала плечами я. — Только приму душ.
— Ладно-ладно, — отмахнулась подруга. — Надеюсь, ужин не пропустишь.
В школе совсем ничего не изменилось за время моего отсутствия. Все те же темные коридоры и замученные лица школьников. Предстоящие экзамены даже стайки беззаботных девиц с подоконников разогнали, чему я безмерно радовалась, так как встреть я сейчас ту же Люсинду, не сдержалась бы и дала в лоб. Силантиус, насколько мне известно, все-таки вытянул правду с Родрига, и в скором времени школу ждали большие перемены. Искренне верю в этого невозмутимого красивого мужчину и надеюсь, что перемены будут только к лучшему.