— Подойди!
Почти в шаге до кровати он быстро схватил меня за руку и дёрнул к себе. Шёпотом ахнув, я очутилась рядом с ним, притиснутая сильной рукой к горячему боку. А он с каким-то облегчением длинно выдохнул и обнял меня.
19
— Как ты понял, что это я?
— Не все в доме знают, как кота зовут.
Не все — надо полагать, гости? Лина и Александр? Любопытно, что натворила здесь Лина, если Сергей так здорово озлился на вошедшего?
В комнате, как обычно, сумрак, образованный приглушённым светом настольной лампы. Тихо, уютно, усыпляюще. Если бы ещё Сергей не держал меня обеими руками так, будто боится, как бы я не свалилась с кровати… Сумел ведь посадить на край постели, да так шустро, что у меня шлёпки свалились с ног… Он всё пытается словно ненароком прижать меня к плечу, чтобы полностью прислонить, а я боюсь, что ему больно…
— Значит, ты всё-таки была здесь вчера ночью, — задумчиво сказал Сергей.
— Была. Ты, видимо, раскрылся — и очень замёрз. Мы с тобой даже разговаривали. Ты, значит, совсем ничего не помнишь?
— Угу… Присматриваешь, значит.
— Ну, не только я. Андрей с Вадимом тоже заходят время от времени. Разве Андрей не сказал тебе, что мы… ну… решили дежурить около тебя?
— Это так необходимо? Сегодня я точно не замёрз.
— Зато температуришь. Или ты имеешь в виду, что мне бы неплохо уйти?
И я попыталась сползти с постели и почему-то даже обрадовалась, когда он то ли раздражённо промычал, то ли рыкнул — и снова придвинул меня к себе.
Он нависал надо мной — чувствовалось, уже жутко довольный, а я ощущала себя в его руках совсем маленькой и боялась вздохнуть лишний раз. Хотя один раз даже с отчаянием подумалось: хоть бы спал, что ли! Настоящие кошки-мышки… И как теперь сбежать?
— Отпусти меня, — сердито сказала я, снова завозившись и стараясь сползти с кровати. Захотела! Легко удержал на месте.
— Зачем?
— Полотенце возьму. Ты весь мокрый от пота.
— Не сбежишь?
Подняла голову. Смотрит на меня насмешливо. Вроде как поймал и рад, что я здесь: одному ночь не коротать, есть поболтать с кем.
— У меня дежурство — два часа, — нарочито по-деловому отрезала я. — Так что никуда не денусь. Отпускай давай.
— Не хочу, — заявил он. — Ты прохладная, с тобой приятно сидеть рядом.
— Нахал! Пусти!
Он засмеялся и осторожно спустил меня на пол. На подгибающихся от пережитого напряжения ногах я подошла к столику. Заранее приготовленное на всякий случай полотенце слегка смочила в тазу и выжала хорошенько. Обернулась к Сергею. Фыркнула, не удержавшись: на кровати сидели двое зеленоглазых — он и Стах. И оба на меня сияли этими своими зелёными глазами — банда жизнерадостных хулиганов.
— Снимай футболку.
— Снимай сама, — чуть не мурлыча, как Стах, отозвался хозяин дома и поднял руки. Шутит — а сам весь потный. Капля за каплей по щекам стекают медленными ручейками. И по телу от шеи — и ручьями, и разводами.
Что делать… Отложила полотенце и принялась снимать с него прилипшую к телу футболку. Да, здесь он прав: самому снимать её — взмокнет ещё больше. Я сделала удобней: начала скатывать края футболки кверху. Сначала шло хорошо, потом волосы запутались в скатке позади. Пришлось одним коленом встать на кровать и освобождать волосы — торопилась: поднятые руки устают быстро. Но ничего, у него руки даже не дрогнули. Потом уже, когда по всему телу стала одновременно края футболки поднимать, сообразила. Всё правильно. Он же в кресле ездит, редко использует моторчик, постоянно руками работает. Сильный.
Начала скатывать уже на груди — взглянула на него, а он улыбается.
— Чего? — И отступила, чтобы понять, что делаю не так.
И прикусила губу: какое у него тело… Быстро принялась стаскивать футболку, чтобы не заметил, как я разглядывала его… Какой он сильный. Если бы не ноги… Хорошо, что здесь почти темно. Я чувствовала, как моё лицо заливает краской. И заторопилась снова. Пальцы изредка скользили по его горячей коже — такой же жаркой, как моё лицо… Как будто спички чиркаю: коснусь — сама вспыхиваю.
Наконец стащила ему футболку через голову. Тряпка и есть тряпка — влажная. Отбросила куда-то в сторону, на стул. Потом заберу в ванную — на первом этаже. Там у них стиральная машина.
Руки опустил всё-таки с облегчением. Блестит, будто только что с дождя. Влажное полотенце снова, как в прошлый раз прижал к лицу вместе с моими руками.
— Хорошо как… Прохладно…
— Долго не держи, согреется — не так хорошо будет, — машинально предупредила я. И предложила: — Давай я ещё за одним полотенцем сбегаю? Его будешь к лицу прикладывать, а этим я тебя полностью оботру.