— Ты хочешь отказаться от поединка чести, Андрюша?
— Говоря по правде, я не вижу в этом никаких репутационных рисков, — заявил Магистр. — Победитель все равно преподнесет свою версию.
— Ладно, ты сам напросился, — сказал Вениамин и потащил шпагу из ножен.
Магистр ухмыльнулся и протянул правую руку, но не успел он призвать Отца Всех Мечей, как голова Вениамина взорвалась, будто перезрелый арбуз, в который бросили топором. Вот он только что бросал гневные взгляды, а мгновением позже его голова исчезла в розовом облаке.
Никакой магии в этом не было. Исчезновению головы предшествовал оглушительный в ночной тишине выстрел дробовика. Второй выстрел уложил на землю одного из приспешников. Последний оставшийся в живых растерянно посмотрел на два трупа, огляделся по сторонам, выбирая направление для побега. Один выход из узкого проезда перекрывал безжалостный стрелок, с другой стороны стоял Магистр.
Приспешник верно оценил свои шансы пройти мимо любого из них, разбежался и прыгнул на забор, зацепившись руками за кованую железяку. Он был молод и достаточно атлетичен, и мог бы преодолеть такое препятствие за несколько секунд, вот только никто не собирался ему их давать.
Грянул третий выстрел, и приспешник рухнул на брусчатку, и жизнь вместе с кровью неумолимо вытекала из проделанного в его спине отверстия величиной с суповую тарелку.
Брат Виталий выступил из тени, передергивая затвор дробовика.
— Дворяне, — процедил он сквозь зубы. — Ненавижу, блядь, дворян.
Они поспешно покинули переулок, оставив там три мертвых тела, вышли на освещенные улицы и направились к гостинице. Магистр надеялся, что Шикла уже там, и что хотя бы она не ввязалась в очередные приключения.
— Спасибо, конечно, — сказал Магистр брату Виталию. — Но я бы и сам справился.
— Знаю, что справился бы, демон, — сказал брат Виталий. — Но я просто не смог отказать себе в удовольствии.
— Получается, что ты все это время был где-то неподалеку?
— Ждал своего момента, — подтвердил брат Виталий. — И мой момент таки настал.
— А монстра, который напал на особняк Волковских, ты видел?
— Чудище обло, озорно, огромно, стозевно и лаяй.
— Значит, видел, — сделал вывод Магистр, соглашаясь с описанием. — И часто у вас подобное из-под земли вылезает?
— Случается, — сказал брат Виталий. — Не сказать, чтоб совсем уж часто, но случается. Раз в два месяца, может, чуток пореже. И, что характерно, в провинциях о таком слыхом не слыхивали. Всегда чудища в столицу приходят.
— А еще что-то общее между этими случаями есть?
— Как не быть, — сказал брат Виталий после небольшого раздумья. — Всегда эти зверюги на дворян нападают, чувствуют они гниль человеческую. Простого человека тоже могут зашибить, конечно, но только если он случайно на дороге попадется.
— Занятно, — сказал Магистр.
— Я так думаю, что это ад присылает сюда чудищ за своими, — сказал брат Виталий.
— Официальная церковь разделяет эту точку зрения?
Брат Виталий сплюнул на землю.
— Нет, конечно. Патриарх и его кагал называют дворян щитом человечества, сдерживающим демоном и охраняющим народы. Но мнится мне, что если бы дворян не было, то и чудища бы на нашей стороне не шастали.
Магистр счел слова брата Виталия справедливыми. Возможно, это и были явления разного порядка, но питались они все равно из одного источника.
Шикла оказалась в номере. Она вольготно возлежала на постели в естественной для суккуба соблазнительной позе, заставившей брата Виталия смущенно отвернуться.
— Чур меня, чур.
— Чур тебя, — согласилась Шикла.
— Накройся хотя бы одеялом, — сказал Магистр.
— Но мне не холодно.
— Возможно, для тебя это прозвучит, как что-то новое, но вообще-то существуют определенные правила приличия…
— Это не новое, это скучное, — сказала Шикла, но вернула на свое тело какое-то подобие одежды. — Что же заставило вас задержаться, мальчики?
— Пришлось убить кое-кого, — сказал Магистр и указал на брата Виталия. — Убивал он.
— Ах, какой проказник, — хихикнула Шикла. — Надеюсь, вы не убили того милого английского лорда, который умеет превращать руки в клинки и делать ими вжух-вжух?
— Нет, не его.
— Это хорошо, — сказала Шикла. — А то мне очень хочется узнать, все ли части своего тела он умеет трансформировать.
— Держись от него подальше, — сказал Магистр.
— Да ты никак ревнуешь, Оберон?
Магистр оставил этот вопрос без ответа и повернулся к брату Виталию.