Вдобавок ко всему, мир оказался населен двойниками знакомых Магистру людей. Кончено, после его визита на одного двойника уже стало меньше, и Магистр надеялся, что ему удастся разобраться и со вторым, но тенденция настораживала.
И ведь двойниками эти люди были не только внешне. У каждого находились общие черты с оригиналом. Сэр Гарольд Борден был чертовски опасен, брат Виталий постоянно таскал с собой дробовик, а губернатор любил развлекаться призывом суккубов…
Один случай еще можно было списать на совпадение, но три?
— Что ж, похоже, что настала пора внести изменения в наш план, — сказал Магистр.
Глава 10
— А у нас был какой-то план? — невинным голосом поинтересовалась Шикла.
— И мы будем его придерживаться, — сказал Магистр. — Как нам раздобыть схему английского посольства?
— Я могла бы этим заняться, — сказала Шикла. — С утра, разумеется.
— Разумеется, — сказал Магистр. — Займись. И уже после того, как ты его раздобудешь, мы сможем решить, будет ли это стелс-миссия или безжалостная силовая акция со снесением всех на нашем пути.
— Я не знаю, что такое эта ваша стелс-миссия, но второй вариант мне точно не по душе, — сказал брат Виталий. — Если мы попытаемся взять посольство штурмом, это спровоцирует войну.
— Ты так говоришь, как будто это что-то плохое, — рассеянно сказал Магистр.
— Когда аристократы дерутся, у холопов чубы трещат.
— Ты не аристократ и не холоп, — заметил Магистр. — С какой стороны это тебя вообще касается?
Война была Магистру на руку. Столкновение двух могущественных империй отвлечет население этого мира, и когда сюда придет Система, часть аристократов уже будет выбита, и Сопряжение Сфер пройдет с меньшим шумом.
— Я — человек, — сказал брат Виталий.
— А, ну да, все время об этом забываю, — сказал Магистр. — Я тебя услышал.
— И? — не удовлетворился этим ответом монах.
— У меня в команде обычно демократия, и вы с Шиклой, разумеется, имеете право голоса, но голоса эти — совещательные, — объяснил Магистр. — Я выслушаю вас обоих, но что и как делать, буду решать сам.
— Он это серьезно? — спросил брат Виталий, глядя на Шиклу.
— Сколько я его знаю, он всегда так делал.
— Я против войны, — повторил монах. — Что такое этот ваш стелс?
— Тайное проникновение, — сказала Шикла. — Сделать все быстро, тихо и незаметно.
— Такое мне по нраву.
— Но не всегда получается, — сказала Шикла. — Примерно в половине случаев все идет наперекосяк и возвращает нас к силовому варианту.
— Это у тебя в половине случаев, — сказал Магистр. — У меня показатель всего около тридцати процентов.
— Все равно это много, — сказала Шикла. — И если дело дойдет до драки, нам нужно какое-нибудь средство против человека-мясорубки.
— Я как раз сейчас над этим работаю, — Магистр уселся на стул, уставился в стену и его руки запорхали по воздуху, словно перебирали невидимые постороннему глазу предметы.
— Это какая-то болезнь? — поинтересовался брат Виталий.
Магистр извлек из пустоты какую-то странную, довольно массивную штуковину и положил ее на пол рядом с собой.
— А… — сказал брат Виталий.
— Штурмовой карабин «дракон-2000», — сказала Шикла. — Стоял на вооружении колоквианской империи в те времена, когда ее еще не поглотила Система, использовался тяжелой пехотой и предназначался для борьбы с тяжелобронированным противником. Считается, что использовать его без экзоскелета с сервоприводами невозможно, но похоже, что Оберон способен игнорировать это правило.
— Э… — сказал брат Виталий.
— Это то, во что может эволюционировать твой дробовик через пару тысяч лет, — пояснила суккуб. — Чертовски мощная пушка. Скажем, это здание она может снести за два выстрела. В крайнем случае, за три. А очередью можно уничтожить весь квартал. Если хватит боеприпасов, то и сам город.
Тем временем Магистр вытащил из инвентаря самурайскую катану в ножнах из полированного красного дерева.
— Ничирин, клинок, рассекающий демонов, — констатировала Шикла. — Не думаю, что это пригодится, он же не демон.
— Ну-ка, ну-ка, — сказал брат Виталий, потянувшись к оружию.
— Я бы не советовала, — сказала Шикла. — В руках непосвященного это просто опасный кусок железа.
Брат Виталий мотнул головой в сторону Магистра.
— А он, значит…
— Он посвященный. Возможно даже, что он сам себя посвятил.