Хотя никто не мог бы обвинить Магистра в том, что он недостаточно старался.
— А что насчет других людей?
— Семья — прежде всего, — объявил Магистр.
— И что дальше? Как нам жить дальше? Ты ведь — разыскиваемый преступник, и полагаю, что теперь и я тоже. Нас будут искать столько, сколько потребуется, и никогда не остановятся. Ты хоть понимаешь, что ты натворил?
— Конечно, — сказал Магистр. — Думаю, что я спровоцировал войну двух наиболее влиятельных и могущественных империй этого мира.
— И ты так спокойно об этом говоришь?
— Ну, это не первая его война, — легкомысленно сказал Магистр. — И даже не последняя. Война — это естественное состояние для мира, в котором есть империи, особенно если они конкурируют, а они всегда конкурируют. Рано или поздно, но это бы в любом случае произошло, так что я всего лишь сыграл роль катализатора.
— Ты изменился, Андрей.
— Люди меняются, — сказал Магистр. — Однако для того, чтобы наше дальнейшее сотрудничество проходило в правильном ключе и не доставило нам обоим проблем, ты должна кое-что обо мне узнать, — наверное, тут следовало бы сделать театральную паузу, но Магистр был слишком стар для всех этих ребячеств. — Твои глаза тебя обманывают. Я не Андрей.
— Ты сошел с ума? — спросила она, подавшись назад.
— Нет, не думаю. Точно не в этот раз.
— Но как такое может быть?
— В вашем мире что-нибудь известно о клонах, репликантах, доппельгангерах или чем-то вроде того?
— Ты — злой волшебник, который похитил его внешность? — рука Катерины метнулась к поясу, но кинжала там не было. — Что с моим братом? Где он? Он жив? Чего тебе от меня надо? И кто ты вообще такой?
— Демон! — громогласно возвестил вывалившийся из ближайших кустов брат Виталий. — Ты хоть осознаешь, что ты натворил?
— Осознаю, и не надо так орать, — сказал Магистр. — На нас уже прохожие оглядываются.
Впрочем, громогласные священники, прилюдно обличающие чужие пороки, не были здесь какой-то редкостью, потому что никто из обернувшихся прохожих не остановился и даже шага не замедлил.
— Демон? — переспросила Катерина.
— Разве что в очень широком смысле этого слова, — сказал Магистр. — Не волнуйся за Андрея, он в безопасности. И я здесь как раз для того, чтобы отвести тебя к нему.
— Хочешь сказать, что ты оказываешь ему услугу? — Магистр удивился, как быстро она ориентируется в происходящем. Или местные урожденные дворяне с детства привыкли иметь дело со всякой чертовщиной. — Чем же он тебе заплатил за такое? Неужто своей бессмертной душой?
— Мне очень нравится, что даже в этих обстоятельствах ты в первую очередь беспокоишься о нем, а не о себе, — сказал Магистр. — И, смею тебя заверить, у меня нет никаких планов на его бессмертную душу. Я помогаю ему просто так, безвозмездно, то есть, даром.
Катерина недоверчиво покачала головой и перевела взгляд на брата Виталия.
— Вы не собираетесь его изгонять?
Монах развел руками.
— Это не в моих силах, — признался он.
— Но в твоих силах вывести наc отсюда, — заметил Магистр. — Я знал, что ты где-то поблизости, но, откровенно говоря, рассчитывал, что ты доберешься до нас раньше.
— Я уже не молод и прежней прыти во мне не осталось, — скромно сказал брат Виталий.
— Нам надо срочно убираться из города, — сказал Магистр. — Мои дела здесь закончены, так что не стоит испытывать удачу.
— А как же Шикла? — спросил монах. — Ты готов бросить ее на произвол судьбы?
— Шикла?
— О, вот она как раз настоящий демон, — пояснил Магистр. — Самый, что ни есть. Но не стоит за нее беспокоиться, она не пропадет.
— Как бы там ни было, сейчас из города уходить нельзя, — сказал брат Виталий. — Нужно залечь на дно.
— В любой другой ситуации я бы с тобой согласился, но не в этой, — не согласился Магистр. — Залечь на дно можно в том случае, если ты уверен, что в следующие несколько дней шумиха сойдет на нет. Но если вы оба правы, и я начал то, что я начал, то в ближайшем будущем все будет становиться только хуже.
— Идем, — сказал брат Виталий. — Тут неподалеку есть монастырь, на территории которого нас приютят.
— Ты что, не слышал, о чем я только что говорил?
— Хотя бы до вечера, — сказал брат Виталий. — Вы вдвоем пробудете там до вечера, пока я не разработаю план отхода, понятно? Беглые преступники — вы, не стоит вам показываться на улицах или в иных присутственных местах. Меня же никто искать не будет, и я сумею все организовать. Даст Бог, как раз до темноты и управлюсь.
— Война? — недоверчиво спросил я. — Кого с кем?
— А какая разница? — спросил Виталик. — Желающие всегда находятся.