— Не хочу.
— Вот так и напишем, — сказал Магистр. — Нет войне. Русский и британец — братья навек.
— Да какие эти сукины сыны нам братья? — возмутился Константин.
— На самом деле, никто эти плакаты читать не будет, поэтому все равно, что вы на них напишете, — сказал Магистр. — Главное, чтобы они были. Это, как бы тебе получше объяснить, символ. Можно вообще что-нибудь нейтральное написать. Типа, миру — мир. Занимайтесь любовью, а не войной.
— Мне нравится, — сказал Константин.
— А это не слишком радикально? — спросил Миха.
— Задашь себе этот вопрос, когда будешь сидеть в окопе, и по тебе начнет работать британская артиллерия, — сказал Магистр. — Или когда какой-нибудь их лорд начнет заливать все своим магическим огнем.
— А ну как жандармы нас крутить начнут да в околотки бросать? — спросил Иван. Он был откуда-то из провинции, телосложением и повадками больше напоминал медведя, чем студента, и у него было наивное, совершенно детское лицо, никак не вязавшееся ни с его габаритами, ни с темами, которые они обсуждали в кабаке близ университета путей сообщения.
Такого еще скрути, подумал Магистр, но вслух этого говорить не стал.
— Давай я объясню тебе, как это работает, — сказал Магистр. — Выйдет кто-то один, его не заметят. Выйдет десяток — их заметят и будут крутить. Выйдет сотня — они еще подумают, а стоит ли. Выйдет тысяча — у них околотков не хватит. Все дело в массовости. Потом учти — народ будет на вашей стороне. Не весь, конечно, так не бывает, но всегда найдутся сочувствующие из других классов. Главное — вести себя спокойно, погромов не учинять, магазинов не разносить, обычных прохожих не цеплять, жандармов не провоцировать.
— Ну так и что это изменит-то? — спросил Миха.
Магистр вздохнул.
— Путь в тысячу километров начинается с одного шага, — сказал он. — Наша первоочередная цель — заявить о себе. Сделать так, чтобы нас заметили, чтобы к нам начали прислушиваться.
— Так-то все складно, — сказал Иван. — А напомни-ка нам, откуда ты такой умный нарисовался?
— Из Казани, — сказал Магистр.
— Дак вот что-то я не слышал, чтобы в Казани какие-то протесты когда были.
— Потому что в этом нет смысла, — сказал Магистр. — Казань слишком далеко, много вы вообще о ней знаете? Уверен, найдутся в городе люди, которые вообще о Казани ничего не слышали, им скажи, что она псоглавцами населена, они и поверят. А эта тема только в столице работает. Где верховная власть, там и надо качать.
— Резонно, — сказал Константин. — А точно бить не будут?
— Точно, — соврал Магистр, не моргнув глазом. — Давайте лучше прикладной математикой займемся. Вы сколько людей сможете вывести?
Четверо, включая и весь вечер молчавшего Григория, переглянулись.
— А когда?
— Завтра, — сказал Магистр.
— Так быстро?
— Промедление смерти подобно, — сказал Магистр. — Куй железо, пока горячо и все в этом роде.
— А во сколько?
— Часиков в шесть начнем, я думаю.
— Лучше пораньше, — сказал Константин. — Чтобы до комендантского часа успеть.
— Может, мне еще с городовым все это дело согласовать? — поинтересовался Магистр.
— Было бы отлично, — сказал Константин. — А ты сможешь?
Магистр вздохнул.
— Ты совсем дурак? — спросил он. — Кто же такие вещи согласовывает?
— Ну, ты так уверенно спросил…
— Это был сарказм, — сказал Магистр. — Так сколько людей?
— А комендантский час?
— На акции гражданского неповиновения комендантский час не распространяется, — сказал Магистр. — Ближе к цифрам.
— Думаю, сотни четыре вывести сможем.
— Инженеры и геологи обещали вывести шесть, — сказал Магистр.
— У них и факультетов больше, — сказал Константин.
— Можно аграриев подтянуть, — сказал Григорий. — Я там кое-кого знаю.
— Сколько они смогут набрать?
— Пару сотен точно смогут, — сказал Григорий. — А вот больше вряд ли. Слишком инертная масса.
— Нормально, — сказал Магистр. — Теперь смотрите, неизвестно, сколько все это продлится, а ночи сейчас прохладные, так что одевайтесь потеплее. Опять же, чем толще одежда, тем безопаснее, если дело таки дойдет до дубинок…
— Ты же говорил, бить не будут.
— Не будут, — сказал Магистр. — Но нужно быть готовыми ко всему. Термосы у вас есть?
— Некоторое количество, — сказал Константин. — Не у всех.
— У кого есть, налейте туда чая горячего и с собой берите, — сказал Магистр.
— Мы там всю ночь стоять будем, что ли?
— На всякий случай, — сказал Магистр. — Документов с собой не берите, ничего ценного тоже.