Магистра тоже все устраивало, ибо за это время дезинтегратор как раз успеет перезарядиться для следующего выстрела.
Чудовище взорвалось изнутри фонтаном крови и развалилось на две половины. Единственная уцелевшая клешня судорожно сжималась, щупальца продолжали скрести по земле, но монстр был мертв.
Герцог Эссекский стремительной каплей ртути метнулся к Магистру.
Дезинтегратор выстрелил и проделал в груди лорда дырку размером с блюдце.
К сожалению Магистра, пальба из высокотехнологичного оружия не имела никакого останавливающего эффекта, и герцог продолжал нестись на него, а рана в груди затягивалась на глазах. Магистр отпрыгнул в сторону, махнув Отцом Всех Мечей, и в стену дома врезались сразу две половинки британского аристократа. Магистр спешно увеличивал дистанцию, убирая дезинтегратор и доставая штурмовую винтовку.
Герцог уже собрался в единое целое и поднялся на ноги. Магистр не стал медлить и всадил в него несколько разрывных.
Лорда Бордена бросило на стену. Пятясь назад, Магистр продолжал стрелять, удерживая герцога на дистанции. Пули рвали тело английского аристократа так, что только брызги летели, не давали ему ни приблизиться к Магистру, ни рухнуть на землю, но Первый Игрок понимал, что это сугубо временное решение и метаморфа таким образом не одолеть. Как только Магистр прекратит стрелять, тот снова соберется воедино.
Разве что станет чуть ниже ростом и чуть уже в плечах.
Дезинтегратор перезарядился. Продолжая удерживать винтовку и вести стрельбу правой рукой, левой Магистр выхватил его из инвентаря и на этот раз он таки попал, куда хотел, аннигилировав часть головы герцога.
Но и это оказалось некритично.
Герцог растекся лужей жидкого металла, а потом лужа превратилась в ручеек и принялась утекать через ближайшую водосточную решетку.
Магистр даже и не знал, что он так умеет.
— Останься и умри, как мужчина! — призвал его Магистр, но герцог уже полностью перебрался в канализацию.
В этом наверняка можно было усмотреть какую-то метафору, но Магистр только заскрежетал зубами от досады.
Он очень не любил незаконченных дел.
Глава 25
Все пошло не по канону.
Кавалерия ведь должна появляться в самый последний момент, когда судьбы героев висят на волоске, и кажется, что гибель неизбежна. Они уже почти смиряются с ней, делают мужественные лица и выходят, чтобы принять свою последнюю схватку, когда вдруг раздается звук полкового рожка, топот копыт, залихватское улюлюканье всадников и свист шашек. Ну, или мечей, зависит от того, в какую эпоху это все происходит.
У нас все было не так. Наверное, все дело в том, что мы какие-то неправильные герои.
После смерти Владыки Асгарота демоны не навалились на нас с утроенной силой, горя жаждой мести за своего павшего лидера. Они вообще на нас не навалились.
Скорее всего, где-то вне зоны нашей досягаемости они продолжали просачиваться в новый для себя мир, но нас с Шиклой и понемногу приходящей в себя Катериной никто не атаковал.
Кавалерия, однако, все равно прискакала, но тоже оказалась неправильной. Во-первых, вместо целого отряда был всего один человек, и даже без шашки. Во-вторых, он прибыл не на лошади, в рот ей кило печенья, а на огромном огнедышащем ящере, на спине которого каким-то образом удалось установить седло.
— Привет, — сказал Гарри, спрыгивая на землю. Он был спокоен и вел себя так, словно мы расстались несколько часов назад, выходя с работы, а потом случайно встретились в супермаркете, куда я зашел за чипсами. Словно я не торчал две недели в другом мире, а он не прорывался сюда через толпы демонов.
Впрочем, он выглядел так, как будто прорываться ему и не пришлось.
— Привет, — сказал я.
— Представишь меня своим очаровательным спутницам?
— Это Катерина, она сестра Андрея. Это Шикла, она суккуб. Это Гарри Борден, он Смерть.
При этих словах Катерина вздрогнула. Гарри галантно поклонился ей и попытался протянуть руку, но девушка отпрыгнула за спину суккуба.
— Это всего лишь прозвище, — попытался оправдаться Гарри.
— Дело не в этом, — сказала Шикла. — Не знаю, имеет ли это для тебя какое-то значение, но в этом мире существует твой злобный двойник.
— Хм, — сказал Гарри. — Насколько злобный?
— Точно сказать не могу, но он вроде как хотел жениться на Катерине, — сказала Шикла. — Разумеется, против ее воли.