– Он ведь тоже боролся за выживание, как ты и я, как каждый из нас! И у всех свои способы! – с налитыми кровью глазами шипел Декс, – Но ты предпочёл избежать трудностей! Свернуть башку, и всё тут!
«Что ты несёшь?! Не ты ли вчера верещал, что разорвёшь Рихана и каждого, кто притронулся к Лите! – мысленно кричал я, – Считаешь, что твои причины более правильные?! Меряешь жизнь мотивами?! Херов гуманист! В конце концов, убийца есть убийца! Ты не видел того, что видел я! Добряки умирают первыми!»
Декс вздрогнул, зрачки расширились. Он меня услышал. Чётко и ясно.
– Каждый из тех уродов по-настоящему заслужил смерти! Это справедливо! – оправдался он, – Меня моя жизнь не волнует, лишь бы Лита была жива! Но ты готов убивать любого, кто встанет на твоём пути, заслужил ли он того или нет! Ты ничем не лучше Рихана! Тебя ведут лишь эгоистичные желания! – почти срываясь шипел Декс.
«Именно поэтому я буду свободен! Я её заслужил! И поэтому же ты вскоре отдашь мне своё тело! – рычал я, – По! Своей же! Воле!» – отчеканил я каждое слово.
– Ни за что!!! – бросил Декс.
– Ты с кем говоришь? – спросил неожиданно появившейся рядом Алем, он двигался чётко в ногу с впереди идущим зайцем.
Ох, мне точно нужно от него избавиться.
– У тебя слишком острый слух! – ответил Декс.
– Да слух тут ни при чём, – сказал Фирс у другого бока, – Твой злобный бубнёж тут мало кто не слышал.
И тут Декс увидел множество оборачивающихся лиц, каждый смотрел странно, словно с подозрением.
– Чего вылупились! – крикнул Декс, и большинство отвернулось.
Видимо, его общение с законниками оказывает своё влияние. Да и шепчутся за спиной – звери или люди, не важно, каждый любит слухи. Особенно о мертвецах. А Декс как раз связан с несколькими последними. Хорошо. Хорошо. Меня это устраивает, теперь вряд ли какой идиот удумает лезть к нему и выходит ко мне.
– Ну наконец-то на себя похож! – сказал Фирс и хлопнул громадной ладонью по спине Декса, – А то в последнее время вёл себя как хер пойми кто!
Оу, над этим мы ещё поработаем.
– Будто и не ты вовсе, – добавил Алем.
Нет, я точно его убью!
– Ещё бы! Рихан-то как по мозгам мне прошёлся! – ловко солгал Декс.
Это его, выходит, не сильно беспокоит. А пара никчёмных жизней – так он целое шоу устроил. Каков лицемер.
– Алем, смотри! – сказал Фирс, указывая наверх.
– Очень смешно, – ответил слепой зверлинг.
А Декс поднял голову, и я увидел десятки, сотни тёмных пятен в небесах. Птицлинги слетались в город. Они перемещались куда быстрее на своих гигантских крыльях, ловко лавируя между друг другом и словно соревнуясь – кто первый.
«Пожалуй, если уж меня угораздило переродиться, я бы хотел быть одним из них, – рассуждал я, наблюдая за элегантным полётом, – Но желания – лишь желания. По крайней мере, у меня пушистый хвостик».
Я зацепился взглядом на снижавшегося ястребида: изогнутый хищный клюв с жёлтой каймой, лёгкие кожаные доспехи стянули острые плечи, и крылья, невероятные… не меньше двух метров, а окончания каждого пера окрашено в красный. Но всё величие портило лишь одно – человеческое начало.
«Он не ястреб. Лишь человек с клювом, крыльями и острыми когтями», – разочарованно подумал я.
Мир вокруг начал меркнуть, а меня словно затягивал водоворот. Но это не было похоже на потерю сознания, нет, наоборот, я не хотел сопротивляться потоку. Всё вокруг рассеялось, но вскоре мир начал возрождаться из очертаний и силуэтов, света и тени.
Я видел каменистый обрыв, высокий. И себя, но со стороны, будто это был кто-то совсем другой.
Совсем юный, не больше четырнадцати лет. Худощавый и жилистый, мышцы не наросли, но уже похожи на стальные канаты. В черных глазах дурман от очередной пилюли, разрушающей всякое понимание реальности, превращая мир в сказочную легенду, где ты – герой.
Я достаю короткий кинжал из ножен на поясе и скидываю их на землю. Могут зацепиться за камни, пока я буду взбираться вверх. А сталь зажимаю во рту.
Я вспоминаю те ощущения: волнение, ответственность и бесконечное желание проявить себя, а ещё – радость, предвкушение опасности. Это было моё первое задание в поле. И дал его мне отец – глава клана и первый наставник. И как же я был рад, как желал оправдать его ожидания.
Мелкий идиот, но иначе быть не могло.