Уф, у меня аж от сердца отлегло. Умеют же эти доктора дыму нагнать! Какая еще диета?! Итак, кожа да кости. Я глупо улыбнулась. Доктор внушительно поправил очки на переносице и продолжил:
– Вы, конечно, может ничего не менять в своей жизни. Но я просто уверен, что в этом случае, уже ближе к тридцати, а то и раньше, у вас будут серьезные проблемы со здоровьем.
– Вы абсолютно правы, Леонид Исаакович. И уже с сегодняшнего дня жизнь Алисы кардинально изменится: как ее привычки, так и рацион.
Я повернула голову, около входа стоял мой отец. Высокий брюнет, крепкий и громогласный. Обычно я его не боюсь, но видя, как насуплены его брови, интуитивно поняла, что на этот раз все серьезно. Невольно съежившись в мягком кресле, опустила глаза. Сейчас не время его провоцировать. Отец бросил пренебрежительный взгляд в мою сторону, и я почувствовала себя полным ничтожеством. Затем он пригласил доктора в свой кабинет. Дальше я ничего не слышала, да мне было и не интересно. Решив, что сейчас самое время подкрепиться, я скользнула на кухню в поисках съестного.
Мой взгляд рассеянно блуждал по полочкам холодильника, но все было не то. В конце концов, я схватила сыр с лимоном и только присела, чтобы пожевать, как услышала голос мамы. Она с нескрываемым раздражением звала меня к ужину. Ну сейчас начнется! Я их главное разочарование, я позорю семью... Зачем все это? Живем один раз! Сейчас, наверное, мои подружки отдыхают… А Малик – козел. Даже не позвонил ни разу!
Обеденный стол, как всегда, был идеально сервирован. Родители пользовались только белым фарфором. Младший брат чинно сидел, с ехидцей поглядывая на меня, а чертики в его глазах так и плясали в предвкушении того, как меня будут распекать. Ну что же делать, когда дочь оказалась бракованной? Зато сын отличник, к тому же весьма ловкий пройдоха!
Я обреченно села на свое место. Все молча принялись за курицу в сливочном соусе. Видимо, они решили сперва поесть. Я ела машинально, почти не ощущая вкуса еды. В воздухе повисло напряжение. Отец заговорил первым, отправив брата пить чай на кухню. Тот не стал возражать, ведь оттуда ему все прекрасно слышно.
– Значит так… Я думаю, ты уже в курсе случившегося? Так вот, тебе надо исчезнуть из города на два месяца, лучше больше.
– Два месяца? Неужели я вам так надоела?
– А ты как думаешь?
Мама молчала, поджав губы. Я сглотнула. Вот так сразу, в лоб?! И даже распекать не будут?
– Хорошо. Только у меня условие: деньги на кредитку поступают каждый месяц. А там хоть Дубай, хоть Сочи!
– Во-первых, ты не в том положении, чтобы выдвигать нам условия. А во-вторых, туда, куда ты отправишься, деньги не нужны.
– В смысле не нужны? Вы что меня в рехаб, в лечебницу?
Все молчали.
– В монастырь хотите заточить? Не поеду!
Мама сделала жест рукой, мол, успокойся.
– Ну хоть, как называется место моего заключения?
Тут мама не выдержала:
– Алиса, мы нашли очень приличное заведение, и ты просто обязана изменить свое отношение к жизни!
– Куда вы хотите меня отправить? В санаторий, в Кисловодск? И вообще, у меня здесь друзья, молодой человек!
Отец криво усмехнулся:
– Молодой человек, да уж… Какая же ты дура! Или алкоголь растворил последние остатки мозга? Ты знаешь, что это Малик слил твои фотки?
Я открыла рот, как рыба, выброшенная на берег. Это был удар под дых. Неужели и вправду дура? Вот курица. Отчего-то стало ужасно стыдно. Неудачница. Но почему мне так не везет? Когда-то все было хорошо, мной гордились и восхищались. Алиса – отличница, самая стильная девчонка в классе. А затем что-то пошло не так. Вуз бросила: ну не мое – архитектура! Хотела стать косметологом или визажистом, родители отговорили – несерьезно. А больше ничего и не интересовало. Была, конечно, мечта – стать парфюмером. Всегда обладала тонким обонянием: бергамот, пачули, лаванда… Травы – это моя страсть! Хотелось бы поехать во Францию, в Прованс. Но язык не поворачивался рассказать об этом родителям, казалось, что поднимут на смех. Да еще и после того, как бросила учебу в престижном вузе! Они напоминали мне о моем провале чуть ли не ежедневно. В общем, не оправдала я их ожиданий. Вот и теперь – позор семьи!