Но Маркон…
Он превратил мои внутренности в кашу. С того момента, как я увидела его подтянутую крепкую фигуру, я захотела его. До сих пор я даже не знала, что это значит, но это произошло. Физическое влечение притягивало меня к нему, как частицы феррита к магниту. И я не могла забыть, что он рискнул собственной жизнью, чтобы защитить меня.
Но Джерек…
Джерек… Что-то про него в глубине моего сознания не давало мне покоя. Мое воспоминание о произошедшем на сцене вдруг стало четким. Страбон прыгнул ко мне, направив зубы и когти на мое горло. Полусогнутое тело Маркона врезалось в бок Страбона, и они оба повалились в грязь. А Джерек отступил от меня, оставив на произвол судьбы.
— Что случилось? — спросил Маркон, садясь рядом со мной и обнимая за плечи.
— Ничего. Я просто… — я издала недоверчивый смешок. — Всю свою жизнь я должна была заботиться о себе самостоятельно. Мои родители не могли дождаться срока, чтобы побыстрее избавиться от меня. Все в Центре, кроме других сирот, думали, что я либо слишком большая, либо слишком умная, а обычно и то и другое. Даже когда нас отправили в рабство, некому было спасти нас, кроме нас самих, — я поймала взгляд его завораживающих глаз. — Спасибо тебе, Маркон. Спасибо, что спас меня от того, что хотел сделать Страбон.
— Это честь для меня, — от его улыбки у меня перехватило дыхание, а потом она исчезла. — Но у меня еще столько дел.
— Неужели?
— Я должен компенсировать моральный ущерб за твое похищение.
* * *
Глаза Маркона потемнели, и он опустил взгляд на колени. Я пыталась забыть обо всем этом, притвориться, что этого никогда не было, но это задержалось прямо под поверхностью, как сильное течение, готовое выбросить меня в море. Только после того, как он заговорил, я поняла это.
— Горстка более буйных воинов Трайна решила начать неожиданный рейд, услышав от Альфы, что Солан «украл» вас троих с нашей территории. Они были так горды, когда привезли тебя, — голос Маркона отдавал горечью. Его кулаки сжались так сильно, что я подумала, что из них начнет капать кровь.
Меня охватило сильное желание утешить его, сказать, что все в порядке. Но это было не так. Переживание тех дней закрепило страх и безнадежность, которые я испытала. Воспоминания о том, как Арлин тащат из клетки, толкая и крича, а затем ее перепуганные крики и плач, как они… У меня сжалось горло.
— Я велел ему немедленно отпустить тебя, но он не послушался, — продолжил Маркон, хотя мне хотелось, чтобы он прекратил вспоминать. — Когда Альфа категорически отказался, я бросился в Долину, чтобы позвать Солана, но мы, должно быть, где-то разминулись. Когда я вернулся в нашу деревню, Трайн уже лежал в грязи, окровавленный и разбитый, — мрачное выражение его лица заставило мое сердце дрогнуть. — Клянусь, Натали, до моего возвращения я понятия не имел, что он укусил твою сестру против ее воли. Если бы я только знал…
Он замолчал, а я все еще не могла заставить себя утешить его.
«Возвращение сюда было ошибкой», — мысли кружились в моем мозгу, как мухи после наступления темноты. Мое нутро скрутило в клубок эмоций, которые я не могла контролировать, а тем более определить. Я упорно трудилась, чтобы заглушить страх и ярость, которые испытала от рук брата Маркона, но они вырвались из глубин моей души непрошеными и нежеланными. У меня зачесалась кожа, а глаза начало жечь от слез. Я всегда считала себя выше такого иррационального поведения.
Сейчас я была не выше этого.
Наконец, я встретила полный сожаления взгляд Маркона. Больше всего на свете мне хотелось погрузиться в его переливающиеся глубины и продолжить начатое, но сама мысль, что кто-то прикоснется ко мне в этот момент, заставила меня болезненно сжаться.
Мне нужно было выбраться отсюда. Сейчас же.
— Мне нужно некоторое пространство, чтобы разобраться во всем этом, — тихо сказала я, опуская смущающую правду, что мне так же нужно разобраться в этих раздражающих вещах, называемых эмоциями. — И время.
Время вдали от отвлекающего присутствия Маркона.
Глава 14
Маркон
Всю ночь я ворочался, мечтая о нежной Натали, отвечающей на мои прикосновения. Все закончилось не так, как я надеялся накануне вечером, но ей просто нужно время. Я докажу ей, что мне можно доверять. Я сделаю все, чтобы компенсировать то, через что ее заставил пройти мой брат. Она придет в себя.
— Ты выглядишь бодрым, Маркон, — сказал Рикор, когда догнал меня.
Я глубоко вдохнул свежий горный воздух.
— Сегодня прекрасный день. Племя счастливо, и мы приближаемся к объединению с племенем Долины. Конечно, я бодр.
Он бросил на меня косой взгляд, когда мы остановились, наблюдая за суетой в деревне.
— Да. А я-то думал, это потому, что ты улизнул с терранкой прошлой ночью.
«Черт!»
— Э…
Рикор наклонился ближе и понизил голос:
— Прости, что говорю это, но ты уверен, что это разумно? Варгам не очень нравится Альфа племени, который возится с чужачкой, особенно учитывая аргумент объединения с мразями Долины, да и пришельцы намерены истребить нас.
Я ненавидел то, что он был прав. Но между мной и Натали была несомненная связь. Я никогда не чувствовал ничего подобного этому с женщинами моего племени, даже с бывшими любовницами. Независимо от того, что мой Бета или кто-то еще думает, я не собираюсь сдаваться просто так.
— Я услышал тебя, Рикор, но она может стать моей судьбой.
Он издал противный смешок.
— Она не Варг. Мерзавцы Долины… простите, я имею в виду племя. Они схватили ее прежде, чем мы смогли ее обратить. Только после укуса она сможет узнать свою судьбу. А что будет, если это будешь не ты? Последнее, что нужно этому племени, — Альфа с разбитым сердцем.
Я удивленно моргнул, услышав его слова. Честно говоря, мне ни разу не пришло это в голову. У меня в животе все перевернулось.
— Есть что сообщить, Рикор?
Он попытался прочитать меня, но я просто улыбнулся и помахал группе женщин, гуляющих со своими щенками. Они радостно помахали в ответ. Рикор раздраженно фыркнул и передал утреннее сообщение наших охранников границы — никакой активности пришельцев или Варгов Долины, как я и предполагал.
— Приятно слышать, — сказал я, с ухмылкой хлопнув его по спине. — Еще одно, о чем стоит поболтать, не правда ли?
* * *
Он заворчал, а затем оживился, заметив спешащую к нам Тиму с букетом полевых цветов. Все мужчины казались счастливее с тех пор, как я ослабил ограничения на передвижение их пар.
— Счастливого тебе дня, Маркон, — сказала женщина, протягивая мне цветы. — Некоторые из нас собрали это для тебя как благодарность за то, что позволил нам снова быть с нашими мужчинами.
Я не мог не улыбнуться тому, как она прижалась к руке Рикора — будто это было сделано, чтобы стать еще ближе к нему. Напряжение Беты сразу же ослабло, и спокойствие заполнило его ранее скованные черты.
— Спасибо, Тима, — улыбнулся я. — Но ты же не для того покинула деревню, чтобы собрать их? Я дал строгие указания…
Она махнула мне рукой.
— Нет, мы собрали их по периметру. Вот почему они вялые и немного пожухлые. Если бы только мы могли пойти на луг… — ее темные глаза смотрели на меня, а ресницы трепетали.
— Извини, Тима. Я знаю, к чему ты клонишь, но мы не можем так рисковать. Это слишком опасно.
Отойдя на шаг от Рикора, она расправила плечи и откинула длинные каштановые волосы с узкого лица. Огонь в ее глазах удивил меня.
— Женщины племени Холма не так слабы и беспомощны, как ты думаешь, Маркон. Мы можем быть такими же свирепыми, как и наши мужчины.
Возможно, Трайн крикнул бы ей что-то в ответ или запер ее в кошу для допроса, но я предпочел выбрать более дипломатичный подход.