Конечно, Кристина этого желает, а я готов исполнить любое ее желание – вот ведь сердечная метаморфоза – и мы направляемся поздравить счастливую мамочку с новорожденным сыном.
Та выглядит бодрой и радостной, словно всего лишь сходила в магазин за мороженым.
А вот Кристина искреннее удивляется, глядя в больничную люльку на крохотное существо, мирно посапывающее во сне:
– Мальчик?! Ты же говорила, это будет девочка. Все уши мне этим прожужжала! Как такое возможно...
Фрау Рихтер пожимает плечами.
– Я очень надеялась, что будет именно девочка. И не надо на меня так смотреть!
– Как смотреть, мама? – вскидывается девушка. – Разве ты не делала УЗИ?
И та фыркает.
– Еще чего, это вредно для ребенка. Читала в каком-то журнале...
– Но ты накупила уйму вещей именно розового цвета! Что нам теперь с ними делать?
– Сдать обратно?
– Но ты выбросила все чеки. Говорила, что уверена в поле ребенка!
Фрау Рихтер протяжно выдыхает, вроде как утомленная истерикой дочери:
– Значит, купим новые. Право слово, чего ты так кипятишься? Ведешь себя, как истеричка. – И глядит на меня с радостным умилением: – Вот и гордый отец обещал заплатить неплохие деньги на приданое малышу.
Кристина как будто бы не сразу понимает, о чем идет речь, а, поняв, стискивает кулаки:
– Мама, перестань, прошу тебя. Это неприлично! Герр Хартингер ничего нам не должен. – И склоняясь к ее уху: – Мы обе знаем, что он не отец этого ребенка.
Но та противоречит:
– А вот об этом нам сообщит тест на отцовство – сейчас ты этого не знаешь. – И тут же меняет тему разговора: – Не представляю, что делать с этим мальчишкой. Они ведь так отличаются от девочек... У них там все совершенно другое, ну… ты понимаешь.
– Мама.
– А что мама, – обиженным тоном отзывается женщина, – я только тебя и вырастила одну. – И шепотом: – Мальчики мне даже не нравятся. По крайней мере, до тех пор, пока у них не начинают расти усы... – И снова в мою сторону: – Лиам, дорогой, как тебе наш ребеночек? Хорош, не так ли? Весь в папочку, такой же милашка. Как считаешь?
– Хорошенький, – отзываюсь не без внутреннего сопротивления. – Хотя еще рано судить...
– Пожалуй, да, стоит повременить, – соглашается со мной безумная женщина. – Сейчас он смахивает на перезрелый помидор... миленький перезрелый помидорчик. – И начинает хихикать абсолютно нелепейшим образом.
Мне еще никогда не встречались подобные люди, и я смущаюсь не за себя – за нее.
Кристина спрашивает:
– Ты уже дала ему имя?
Смех прерывается, и фрау Рихтер картинно закатывает глаза.
– Я подобрала имя только для девочки, – винится она. – С этими мальчишками все так непросто. Если хочешь, может сама подобрать ему имя! – предлагает она. – Уверена, мой дорогой Лиам с радостью тебе поможет.
«Дорогой Лиам» на пределе: так и хочется надавать великовозрастной баламутке по щекам.
– Мне нравится имя Доминик, – произносит Кристина, глядя на меня. – Я всегда думала, что... – Она не договаривает, но я почти уверен, что она хотела сказать следующее: «Я всегда думала, что назову так своего ребенка».
И тогда я произношу:
– Хорошее имя. Так звали моего дедушку по материнской линии.
Фрау Рихтер хлопает в ладони.
– Значит, решено: Доминик, так Доминик. Имя ничем не хуже прочих. Доминик Рихтер... Доминик Хартингер... – И заключает: – В любом из вариантов звучит одинаково хорошо. А теперь вон, – гонит она нас, – молодой мамочке нужно отдохнуть. Просто глаза закрываются от усталости.
На утомленную роженицу она мало похожа, и я, в последний раз бросив взгляд на спящего младенца, выходя, произношу:
– Завтра я приду с необходимыми бумагами для теста. Надеюсь, вы их подпишите.
– Подпишу, если ты прихватишь с собой деньги, дорогой! – отзывается женщина без всякого смущения.
После этого мы с Кристиной оказываемся на улице, идем к автомобилю, и я везу ее домой. Уже прощаясь, мы долго, очень долго целуемся... И только усталость удерживает меня от желания подхватить ее на руки, внести в дом и стащить с нее одежду зубами. Вплоть до трусиков, которые, уверен, у нее с маленькими грузовыми автомобильчиками...
5 глава.
Кристина.
Маму выписывают на четвертый день. Все это время я в экстренном порядке ношусь по магазинам, приобретая одежду, питание и памперсы для новорожденного братца, а еще оформляю бумаги, удостоверяющие его появление на свет.