Хавсан кивнул, соглашаясь. Джен в ответ благодарно улыбнулась.
- Я пойду к себе, ладно? - спросила отца. Еще чуть-чуть и она снова расплачется. Больше всего на свете ей не хотелось обижать Хавсана.
- Конечно, милая, - он поднялся, прижал к себе Джен и поцеловал в лоб. - До завтра.
- До завтра, - эхом повторила Джен и поспешила выйти из столовой.
За спиной раздалось едва слышное шипение Хавсана:
- Это все из-за тебя!
- Чушь, - так же шепотом ответил Квентин. - Сам давишь на девчонку.
Джен вздохнула и ... улыбнулась. Как малые дети, право слово. И в душе разлилось тепло от пока еще неосознанной, но ощущаемой безошибочным женским чутьем, обретенной власти над двумя взрослыми опытными колдунами.
***
Наутро Квентину пришла в голову замечательная идея отправить Джен к Хавсану делать обещанный амулет. Ну, с точки зрения колдуна замечательная. Джен разумеется так не считала, но ее даже слушать не стали.
- Не забывай, ты все еще моя рабыня, - весело напомнил Квентин, плотнее закутывая ее в меховой плащ. - Поэтому делай, что велено и не бухти.
Джен и пикнуть не успела, как колдун развернул ее спиной к себе и легонько толкнул в дымку портала. Вот уж послал так послал, ничего не скажешь.
Эти заговорщики, оказывается, еще с вечера все придумали. Хавсан ее ждал, даже постарался прибраться в своей холостяцкой берлоге. По-другому Джен не могла назвать небольшой домишко, расположенный на самом отшибе какой-то деревеньки. Бревенчатые стены, печь, минимум мебели, нехитрая утварь. Зато лаборатория у отца оказалась замечательная, не хуже, чем у Квентина.
Сотворить следящий амулет с минимальным магическим фоном, чтобы его пропустил купол - задача не из легких. Джен провозилась с ним почти весь день, и если бы не помощь Хавсана, то вряд ли бы у нее вообще что-нибудь получилось. Но отец не зря считался одним из величайших темных магов. Хотя он и не специализировался на артефактах, но представление о них имел и весьма глубокое, поэтому мог подсказать, где ошибка и в каком направлении стоит искать. Хавсан подавал уникальные идеи, а Джен воплощала их в жизнь.
Ей понравилось работать в тандеме с отцом. За день Джен узнала гораздо больше, чем могла бы изучить за год в академическом магистрате. А о такой практике она даже и мечтать не смела! Хавсан легко и с удовольствием делился знаниями, словно прямо здесь и сейчас вознамерился научить дочь всему, что знает сам. Они даже не пошли на обед в таверну, а ограничились сотворенными магистром бутербродами.
- Вот подожди, - мечтательно пообещал Хавсан, разливая чай в большие глиняные кружки, - снимем с тебя блок, и ты сможешь пользоваться всеми силами. Уверен, у тебя прекрасный дар. Иначе просто быть не может. Ты так похожа на Лионну, и если тебе передались ее способности...
- Я бы не питала больших надежд, - решила остудить отца Джен. - Будет не так обидно, если я вообще ни на что не гожусь.
- Можно было бы приоткрыть блок и узнать, если бы этот балбес не сделал его таким мощным, - недовольно проворчал Хавсан.
- Пап, ну зачем ты так? Квентин хотел как лучше.
- Дочка, не знаю, что он тебе наболтал, но не такой уж он распрекрасный, как тебе кажется. Поверь старику и будь с ним поосторожней.
- Что бы он ни сказал, а я ему верю, - Джен решительно откусила большой кусок бутерброда с ветчиной, сыром и веланской капустой. - Он это заслужил. И знаешь, - с нажимом продолжила она, видя, что отец собирается что-то возразить, - я вижу, что в глубине души ты к нему хорошо относишься. И если уж ты не можешь пересилить себя и признать это вслух, то может быть, будешь к нему капельку добрее?
Хавсан нахмурился, сдвинул густые брови и поджал губы. Соглашаться явно не хотелось, но и отказать дочери в ее первой же просьбе он не решался, чем Джен самым коварным образом и воспользовалась.
- Пожалуйста, - жалостливо попросила она. - Ради меня.
- Сдался тебе этот бездельник, - все еще стоял на своем Хавсан, правда, уже не так уверенно.
- Он столько лет обо мне заботился. У меня есть только ты и Квентин, и я не хочу, чтобы двое самых дорогих мне людей враждовали. Это разобьет мне сердце.
Джен не была уверена, что отец примет ее логические аргументы, поэтому для надежности решила сделать печальную мордочку лица и добавить фразу про сердце. Не известно отчего, но в Школе эта глупость имела невероятный эффект на адептов противоположного пола. Сама Джен так и не решалась ее использовать, но не раз наблюдала, как подружки с ее помощью добивались желаемого от своих поклонников. Хавсан, конечно, совсем не походил на влюбленного юнца, но волшебная фраза сработала! Магистр как-то разом смягчился и сдался: