— Да-да, благодарю, Джон! — Поспешно ответила девушка. Министрант, вероятно проходил мимо и невольно услышал её возмущение. Он перемещается так тихо, что непонятно ушёл или так и стоит за дверью. Проверять Эльза не стала. У неё в душе такая буря поднялась, что и бедного Джона снести может, если вырвется наружу.
Она дочь графа, да небедного и всё же не настолько богатого, чтобы иметь желание жениться на ней вопреки дурной теперь репутации. Герцог не нуждается в средствах, так с чего бы ему соглашаться на помолвку сына с такой как она? Многие почтут за честь стать невестой маркиза. Только не она. Эльза вообще не собирается замуж! У неё нет желания стать чьей-либо собственностью.
С детских лет девочкам внушают, что они должны стать благовоспитанными леди, не опорочить честь семьи и составить чьё-нибудь счастье. А об их счастье никто и не задумывается. Повезло, если муж хороший достанется, но случается и иначе. Сначала судьбой девушки распоряжаются родители, потом муж. И как можно доверить свою жизнь совершенно чужому человеку? Нет, не укладывалось это в голове Эльзы.
Избегая попыток хотя бы заговорить о браке, девушка часто демонстрировала неидеальные манеры, полную непокорность, чтобы не вызывать сомнений на сей счёт. Она неподходящая невеста. Нет для неё жениха. И вот, единственный раз открыв душу в порыве отчаяния она оказалась на пороге брака. Ужас какой!
Эльза садилась за написание письма, но вновь и вновь комкала бумагу. Не находила она подходящих слов, не могла облечь мысли в фразы. День клонился к вечеру. Девушка не спустилась на обед и когда в двери постучали, она сказала, что неголодна и хотела бы побыть одна. Джон оказался на удивление понятливым человеком. Он вообще, признаться, нравился ей своей ненавязчивостью.
— А что, если эта помолвка — единственный шанс маркиза жениться? — Думала Эльза вслух. — Быть может, он болен или имеет какой изъян? — Девушка, наматывая медный локон на палец и кусая губы, пыталась вспомнить хоть что-то о маркизе Ленноксе. Но его, будто не существовало до того дня, как её огорошили новостью о грядущей помолвке. Как же так?
Не будь её положение таким щекотливым, Эльза бы непременно навела справки. Но отправить письмо кому-нибудь из старых знакомых, всё равно, что облиться помоями. Они не ответят, только пустят новую волну слухов. Про себя девушка не думала, а вот маркизу опять придётся отмываться. И зачем только усугубляет? Взяв новый листок, Эльза аккуратным подчерком вывела всего лишь пару фраз.
Забудьте меня, маркиз! Для всех так будет лучше. Спасибо за всё.
Эльза.
Сложив листок вчетверо и сунув его в конверт, девушка вышла из комнаты. Да, так будет правильно. Нечего давать ему напрасные надежды. Его благородство слишком велико или Эльза уж больно хорошо думает о Ленноксе. В любом случае, никакая она ему не невеста.
Глава 20. Всё равно моей станет!
Пока Эльза бродила по саду, разбитому неподалёку от дома и вдыхала аромат роз, размышляя о том о сём, находясь в Тайрине, маркиз, будучи в Улленгтоне услышал от дворецкого о доставке почты.
— Письмо, сэр! — Радостные нотки в голосе Оскара, заставили Леннокса подскочить с насиженного местечка и броситься на источник звука. Будь это обыкновенное приглашение на какой-нибудь бал, дворецкий сообщил бы буднично и сухо.
— Кто отправитель? — Едва ли, не снеся с ног дворецкого спросил Ричард.
— Леди Эльза. — Просиял Оскар.
— Наконец-то! — Не скрывая довольства воскликнул маркиз. Он прошёлся пятернёй по волосам и прижал заветный конверт к сердцу.
Эльза, отрезанная от мира, не знала, что за прошедший месяц с небольшим, маркиз вызвал на десяток дуэлей особо говорливых. Он вовсе не кровожаден, но заколол обидчиков девушки в ту роковую ночь и ни чуточку не раскаивался. Если бы Леннокс не подослал своего человека, одному богу известно, что сделали бы с Эльзой пьяные и непорядочные господа. И хоть дуэли не были особо разрешены, но и прямого запрета не существовало. В конце концов, задета его честь, так почему он не имеет права защитить её в поединке? Оскорбление его невесты карается ранением или смертью. Пусть держат языки за зубами, если дорожат жизнями.
Маркиз не сомневался ни на секунду, сообщив своему отцу в письме все подробности произошедшего. Он испросил благословения на брак заранее, зная, что Эльза, вероятно, ещё не скоро вернётся в Улленгтон. Поначалу, Ричард очень злился на архиепископа за эту высылку, но, когда город задрожал от страха перед святой церковью, решил повременить с кардинальными мерами.