― Да… ― сказал он, прислушиваясь к ощущениям. ― Что-то здесь точно пытались скрыть. И я чувствую, что ещё и сдержать. Что-то здесь совсем не так. Что скажете, Лорейн?
Она удивлённо моргнула, совсем не ожидая, что её спросят о чём-то, кроме обстоятельств появления этой головной боли. Девушка поднялась с диванчика и присоединилась к ощупыванию.
― Я чувствую энергию Смерти и древнюю примитивную некромантию, ― помялась она. ― Ну и то, что саркофаг не пустой. Но это вы и без меня видите. Кто бы там ни лежал, его постарались надёжно упокоить с миром. Никто, кстати, не может расшифровать, кто там?
Тёмные маги покачали головой. Оно и понятно, магические символы (ну или смешные ругательства) ― это одно, сам язык ― совсем другое.
― Можно попробовать обратиться к Форгелю, ― прикинул Морион, ― к старому перекупщику из Весёлого квартала. Если сам не расшифрует, поможет найти неболтливого переводчика. На том дне полно своих бриллиантов. Но это, если Сильверина сама не расскажет тебе. Без надобности рисковать не будем.
Лорейн понимающе кивнула. Весёлый квартал был тем ещё болотом, затянутым сладким розовым дымом марева, где скрывались самые грязные притоны города и самые зубастые донные твари. В каждой столице были такие злачные места, где в переулках темно даже днём. С Морионом и Датуром там, конечно, страшно не было. Даррен и там умудрялся тонко играть слухами, деньгами и собственной репутацией. Но без острой нужды, не разобравшись в ситуации, можно было угодить в ловушку. Одна Сильверина знает, откуда нарисовался этот натюрморт в их гостиной и чем грозит.
― А за такой срок разве не должна была развеяться энергетика? ― задумчиво уточнил Лоран.
― Нет, если есть хоть кусочки костей. Только из кремированного праха она выжигается сразу же, но здесь, наверняка, сохранили тело. Но при этом позаботились, чтобы оно не выбралось. Вообще, ― Лорейн внезапно увлеклась, ныряя в дебри теоретической некромантии, и нервно убрала так и торчащий белый локон, ― это очень интересно.
― Что именно?
― Древние ритуалы погребения, я имею в виду те, которые практиковались до Равновесия Тьмы и Света, сопровождались обычно чарами, защищающими покой мертвеца от вандалов. А здесь… У меня какое-то странное ощущение, что защищать пытались живых. Я не вижу на крышке ничего такого, но чувствую, что изнутри идёт сдерживающая некромантия. Вы знаете, до развития магии, иногда прямо на нежити выжигались упокаивающие печати, чтобы предотвратить восстание из праха. Здесь что-то похожее.
Датур следил за ней своими расчётливыми голубыми глазами, внимательно, со сдержанным интересом учёного. Сначала это немного нервировало, но потом весь мир для неё исчез.
Лорейн не заметила, что в исследовательском запале присела и начала нежно поглаживать стыки камней. Чуткие пальцы покалывало от ледяной магии Смерти, будто оттуда, изнутри, шёл сквознячок прямо из Пустоты, ненасытного измерения призраков и мёртвых энергий. Он обжигал кожу, покалывал, пытаясь вытянуть из Лорейн хоть крупицу жизни и магии.
― Готова поставить любимый гримуар Мориона, что внутри на крышке мы найдём ещё кучу печатей! ― Обладатель залогового имущества только усмехнулся. Лорейн подняла на наблюдающих за ней мужчин сияющий взгляд. ― А давайте, откроем?
― А давайте, не будем, ― мягко улыбнулся Даррен, для надёжности укладывая на крышку ладонь. ― По крайней мере, пока не разберёмся, зачем нам его прислали.
― Может, как подарок на свадьбу? ― усмехнулся Датур. ― Сразу два в одном: для тебя саркофаг, для Лорейн ― содержимое.
Даррен рассмеялся, Лорейн кашлянула и неловко встала, поправляя юбку красивого кружевного платья. Уж от кого она не ожидала такого точного удара в натёртую мамой мозоль, так это от Датура. Как-то всё ещё хотелось пожить для себя, прежде чем совать пальцы во всякие опасные золотые ловушки. Даррен, конечно, пока выглядел соблазнительнее уютной старости в окружении сорока упырей, но ей было нужно время, чтобы окончательно убедиться.
― Как-то рановато, мы не планировали…
― Главное, чтобы не на похороны, ― отмахнулся Морион, не принимая шутливую подначку всерьёз. Он отступил на шаг, окидывая взглядом камень и надписи в целом. ― Я, конечно, не эксперт в ишхетском, но отличить их ритуальные и магические надписи от предостережений тоже могу. Солярные печати ставили, чтобы отогнать или запечатать Тьму. И Тьма до Равновесия была довольно разрушительной силой, ― он говорил это больше для Лорейн, потому что Датур историю развития Тёмных искусств тоже прекрасно знал, ― поэтому предостережениями лучше не пренебрегать. Нужно поискать информацию об их захоронениях и ритуалах.