— П-п-п-.
Белобрысый даёт ему подзатыльник. Удар громко хлопает в тишине, почти как выстрел. Витька дёргается всем телом, но голову не опускает, держится ровно и смотрит на меня. Молодец. Всё как я учил.
— Не трогай его!
Мы стоим друг напротив друга. Я, мой друг, и конченая мразь. Чуть дальше по правую и левую руку от мрази два приспешника. Между лопатками так зачесалось что захотелось лечь на землю и крутиться на спине, как это делают собаки.
— П-п-п-привет, — дрожащим голоском здоровается друг. Я улыбаюсь ему и подмигиваю:
— Говорил же, звони заранее как будешь в гости ехать. Городок у нас недружелюбный.
— Бабки принес, чмырь? — грубо вставляет свои пять копеек белобрысый и дергает Витьку, так что тот сжимается в комок и дрожит. Они подходят ближе. Я чувствую давление крови в висках, начинаю нервничать, пар собирается у крышки, скоро нужно будет его выпускать и тогда спасайся кто может.
— Я же говорил не обижать его. Минус сотка.
Белобрысый резко врезал ладонью по шее Вити, так что тот дернулся. Мир окрасился в красный цвет. Я наклонился вперёд. Парочка шагнула, я остановился. Блондинистый ухмыльнулся, улыбкой это не назову, скорее «ухмылка превосходства» и ущипнул Витьку за бок, как ребенка.
— Ну не обижайся, малыш. Это твой друг виноват, не даёт дяде денежку.
— Еще минус двести. Так вы, нищеброды, денег на папиросы не заработаете.
Дальше вспышка. Куча замедленных кадров, всё в красных тонах, в ушах стучат глухие барабаны и слышно только звуки рассекаемого воздуха.
Белобрысый кривится и замахивается, целя пацану в ухо, но Витька одновременно приседает, поджав голову и с силой выдирает руку из клещей, летит вместе с сумкой на землю и отползает, как рак, прочь, где и сидит всё оставшееся время. Это хорошо, «если не помогаешь, хотя бы не мешай», — так я его учил. Белобрысый промахивается и его разочарованно-злое хлебало действует на меня, как укол озверина.
Прыжок и первая подача с правой прилетает с глухим как в тумане хрустом. Голова белобрысого вытягивается на грязной шее вправо и вверх будто собирается оторваться. Я вижу как медленно взлетает цепочка на его груди, поднимается вверх и крестик с распятой фигуркой на несколько секунд зависает между нашими лицами. Я успеваю оглянуться на друга, который еще не сел на задницу, но уже взмахнул руками и вытянул мягкую часть. Лицо у него напуганное, но в глазах решительность. И белобрысому прилетает в живот с левой. Там печень и очень больно, если хорошенько врезать.
Включаю режим «берсерка». Нужно как можно громче кричать, вести себя как полный шизоид и одновременно контролировать все происходящее. Не успел главарь упасть на землю, а я уже рядом с его друзьями. Они еще не поняли что происходит и только поднимают руки когда длинный получает в кадык и схватившись обоими руками за горло пятится назад, выпучив глаза. «Алкашу» хуже всех — бедняга получает за троих. Вся ярость вся злость, вся обида за друга уходит в серию ударов по хлюпающему мягкому тельцу и по морде. Я слышу хруст костей под кулаками, я слышу чавкание, костяшки уже влажные от крови — я не пропускаю ни одного удара, но грудь и руки по локоть в красном.
Переключаюсь на длинного, который качается как маятник, взявшись за горло, ногой ему прилетает по кругляшкам и глухо воя он катится по земле. Белобрысый уползает на четырёх, оглядывается на меня с перепуганной мордой. Как же это бесит!
— Стой! — меня хватают за руки и развернувшись еле успеваю остановиться. Это друг, и он оттаскивает меня прочь.
— Хватит! Идем! Успокойся, М-мишка! Оставь их.
Я опять рвусь в бой, но уже слабенько, без огонька. Тройка смешно расползается в стороны, как тараканы. Бегут кто куда, даже не оглядываясь. За мелким остается кровавый след, наверное из носа хлещет кровавый водопад.
— Ты уже не заикаешься? Притворялся что ли?
Витька таращит глаза и молча пожимает плечами, боится спугнуть удачу. Смотрит мне за спину и тычет пальцем. Я резко оборачиваюсь — никого.
— Напугал. Думал четвертый явился.
— Н-н-нет.
— О, ну теперь я спокоен. Ничего не изменилось, мой Витька.
— К-к-к-к-к — пытается он выдавить. Глотает слюну, мотает башкой и опять продолжает тыкать мне за спину. Я оборачиваюсь и все равно никого не вижу. Отодвигаю друга, поднимаю его сумку.
— Идём, гость незваный. Хватит на сегодня.
— К-к-к-к.
— Да что ты сказать хочешь?
— К-к-к-крылья у тебя. З-з-з за спиной.