— Заберем ещё и у этого чтобы два раза не ходить.
Банкир-выпивоха даже похрапывал пока я вытягивал его безвольные импотентские крылышки. А я еще подумал, что он способен сделать что-то плохое с этими-то пушинками? Но, на безрыбье и рак рыба. Витька беспомощно смотрел на мои манипуляции и губы у него дрожали.
— Что? Похож я на маньяка со своими жертвами, Витька? Надеюсь тут и правда нет камер, потому что выглядит это со стороны хреново. Ковыряюсь щипчиками в двух трупах, а ты стоишь на стрёме.
Витька вздохнул и промолчал. Я привёл в порядок одежду обоих лежачих придурков и перевернул на спины. Крылья как мог уложил в рюкзаке и застегнул его.
— Возьми, и жди меня у входа, на всякий случай скажу толстому.
Мы вышли на улицу, никто и не заметил, как открылась и закрылась калитка. Патруля нет, ни одна машина по дороге не проехала — случайных свидетелей не было. Я еще раз окунулся в жаркую атмосферу потных пьяных теток под музыку Филлипа. Они уже собрали из четырех столов один и воссоединились в пьяном угаре с незнакомыми мужиками. Толстяк обреченно смотрел на начинающийся спектакль и даже заметно обрадовался когда я подошел.
— Час ночи. Вы до утра работаете?
— До последнего клиента, — вздохнул он, — еще немного побатрачу и уволюсь нафиг. Поеду на дизайнера учиться, а не это вот всё.
— На программиста перспективнее, я так думаю. У вас там двое на площадке отдыхают, может скорую вызвать?
Он посмотрел на меня с испугом:
— Мёртвые?
— Да нет. Подрались немного, теперь спят. Один точно с этими тётеньками пришел. Они его не искали?
— Нет, они уже нашли кавалеров. Точно нужна скорая?
— Я не знаю. Может и сами очухаются, просто предупредил.
— Ну ладно, — подозрительно произнес бармен, — типа спасибо.
— Пошли.
Витька без лишних разговоров скользнул следом. Рюкзак перекинул через спину и не оглядываясь, еле освещенными улицами, мы вернулись домой.
Яйцо грохотало так, что слышно было сквозь двери.
— Ты тоже это слышишь?
— Д-да.
Мы вошли внутрь и не разуваясь сразу отправились на кухню. Яйцо раздулось вдвое и изменило цвет на горчично-желтый. Изнутри оно пульсировало будто собираясь лопнуть в любой момент, забрызгав нас остатками.
— Будем укутывать, — я снял рюкзак и полез за «товаром».
Глава 5
Закутанное в клочки крыльев яйцо походило на упитанного, завёрнутого в шубу с перьями, вождя индейцев. Такую ассоциацию вызывало это круглое нечто.
Цвет изменился, скорлупа впитала в себя всю грязь и неприятные краски, побелела и похорошела, дрожа как от кайфа.
Мы уселись вокруг, тяжело дышали и молча наблюдали метаморфозы существа, скрытого броней скорлупы. Витя держал в руках остатки крыльев, которые он предусмотрительно поделил на две части,сказал, что хватит ещё на раз, чтобы два раза не вставать. А там может и вылупится питомец.
— Н-надо пошить костюмы, — вдруг предложил Витька решительно.
— Чего? — глаза у меня слипались. Сон сражался с бессонницей и медленно побеждал. Адреналин в крови «перекипел» и медленно остывал.
Витька все еще «смотрелся решительно» и требовательно на меня таращился. Я зевнул и с усилием «разжмурил» глаза.
— К-как у супергероев в Ч-черве.
— Ты совсем кукушкой поехал? Не обижайся, друг, но тебя в последнее время никто по голове не бил?
Витька не обиделся, как планировалось, и продолжил давить своей тупостью. А мне, как другу, оставалось только терпеть, превозмогая сон.
— Д-думаю мы ещё не раз в г-город выйдем. За к-крыльями. П-потому что эти з-з-акончатся рано или поздно.
— Продолжай.
— А без масок мы рано или поздно з-засветимся на к-камерах или узнает кто тебя, г-город м-маленький. А я в тюрьме выживу, я — интернатский, т-ты нет.
— Тоже верно. Как говорится, «я слишком симпатичный для тюрьмы». Только мы ведь не убиваем никого. Максимум хулиганка светит. За такое сейчас даже не садят. Сейчас и пятнадцать суток, и вытрезвители отменили, не за что всех алкашей содержать. Так что не переживай друг, мы всего лишь пылинки во дворце правосудия. Круто сказал? Давай спать будем.
Я встал, зевая, и потянулся, собираясь на боковую. Витька упорно стоял у двери. Вот же «осел-упёртыш».
— Ну что? Чего тебе еще нужно?
— П-послушай меня. Серьезнее нужно быть. Мы (он сказал «мы»)собираемся отлавливать плохих людей и у меня есть теория, н-на этот счет.
Я сел. С «упоротыми» лучше не спорить. Раньше выслушаешь, раньше ляжешь.
— Жги!
— Чем хуже человек, тем толще, сочнее и питательнее у него крылья. Ч-чем вкуснее собирать крылья, тем быстрее вылупится Требухашка. Чем бесчеловечнее цели, тем они злее, и сильнее будут сопротивляться, как тот маньяк, про к-которого ты р-расказывал. И тем больше шансов что нас рано или поздно запомнят и отследят.