Теперь я слышу не только его тяжелое дыхание, а ещё и сама задыхаюсь. Впереди одинокий полустанок. Пару метров залитого цемента платформы, скамеечка для уставших пассажиров, название станции на фонарном столбе. Там сидит одинокий пассажир, и это мужчина.
— Куда, — шипит урод сзади и топает быстрее, я кричу и жду удара в спину, жду как он схватит меня за шиворот блузки и потащит назад в темноту, а мужчина на остановке так и будет сидеть, погрузившись в телефон.
Туфли давно остались лежать где-то там, ноги уже не чувствуют боли и дыхание восстанавливается. Главное сейчас не кричать, не тратить воздух и силы. Главное добежать. Там мужчина, там защита — уроды, которые охотятся на женщин они боятся мужчин. Беги, девочка, беги!
Урод спотыкается и ругаясь останавливается.
Вот оно спасение. Я одновременно женщина, которая задыхается от надежды и я отстраненный наблюдатель. Игрок внутри Аватара. Черт, это всего лишь визуальная новелла про выдуманного маньяка и концовка будет хорошая уже через парочку стрипов. Пусть только она добежит, преследователь невольно дал ей шанс.
Мужчина замечает «нас». Оглядывается, поднимается и смотрит пристально. Это газета у него в руках, а не телефон. Он складывает её и кладет в старомодный портфель, такой с какими ходили при совке представители власти и мелкие бухгалтеры. Он медленно встает и одевает шляпу с высокими полями. Только не это… Стой, женщина. Остановись!
Меня выкидывает в реальность и с размаху швыряет об пол спиной. Я кричу и машу руками и ногами, как перевернутый таракан. Паника захлестывает как вода утопающего, уж кому не знать, и я замираю. В комнате ни души. Это — комната. Моя комната. Это — дом. Мой дом. Я — дома. Всего лишь дурной сон.
Матерясь как Толян в запое (видела бы меня сейчас Катька, любовь бы закончилась раз и навсегда) я выхожу на кухню, включаю свет. Яйцо стоит там где я его забыл. Холодное и безразличное страусиное яйцо.
— Это ты, бл.! — замахиваюсь с такой силой, что только громадным усилием воли могу остановить кулак на подлете. Конечно, оно молчит.
— Это ты мне опять сны крутишь? Как ты задрал уже со своими посланиями!
Я скриплю зубами, так что нижняя челюсть начинает болеть и бью кулаком в стену. Потом вторым добавляю и опять. И опять.
— Хватит насылать на меня эти кошмары! Я ничего не могу сделать!
Яйцо безразлично молчит. Сверху кто-то стучит по трубе, намекает, чтобы кто-то заткнулся. Где телефон? Он тоже здесь. Смотрю на время — двенадцать часов ночи и одна минутка. Почти ровно полночь. Спать бы еще и спать, завтра ведь на работу.
— Сейчас точно никуда не пойду. Ночь. И вообще, женщина эта наверняка уже мертва!
Нужно говорить тише. Стены у нас тонкие.
— Завтра поговорю с Лёхой. Осторожно поговорю, а то этим только скажи, так ещё тебя и посадят, за то что много знаешь. Понял, ты, яйцо?
Яйцо молчало. Требухашка затаился и жаждал крови. Да фиг тебе, а не моя кровь, принципиально. Не люблю когда на меня давят.
— О, пропущенный вызов. Кто там ещё звонил? Не удивлюсь если с того света или типа того. Двенадцать часов ночи, блин, нормальные люди спят в это время!
Пропущенный вызов. Три раза. «Витька со склада». Вот это нежданчик! Старый заграничный друг-заика — ух ты моя лапочка, соскучился?
Я нажал «перезвонить» и пока шли гудки разглядывал яйцо. Яйцо в свою очередь разглядывало меня. Витька взял трубку.
— П-п-п — привет. М-м-мм-м
— Привет, привет товарищ-коллега. Не спишь?
— Н-н-н.
— Да не волнуйся ты так, друг. Я очень рад тебя слышать, даже не представляешь как. Что там у тебя шумит и стучит на фоне? Едешь куда?
— Д-да.
— И куда же? Просвети меня, друг мой дорогой.
Тут его так «заклинило», что пришлось ждать целую минуту, чтобы смысл понять. Ехал он ко мне. В гости. На поезде. Сейчас. Вот и звонил, чтобы предупредить, а я спал и не слышал.
— Не-не-не надо было?
— Нормально всё, друг! Прибываешь когда?
— В-в-в в п-пять утра. В-в-в-.
— Встречу не переживай. В пять утра. Уже запомнил.
— Ты — ты — ты не рад?
— Чувак, ещё как рад, — немного покривил душой я, — тут и поговорить не с кем. Ладно, остановку не проспи, мне тоже нужно отдохнуть. Полночь на дворе, приедешь, поболтаем.
— Пока.
Связь оборвалась, и я сел. Сна не в одном глазу, вот чёрт. Не то чтобы я не рад его видеть. Очень даже рад, вот только навалилось все как всегда одновременно. С работы нужно отпрашиваться, чтобы пацана встретить. Тут ещё яйцо это посреди кухни. И Юра — маньяк похоже жив и меня вряд ли забыл. Неохота парня в это втягивать, но с другой стороны нужно мне с кем-то поделиться мыслишками, а то и башка так лопнет от внутреннего давления, как арбуз от спрятанной внутри петарды в тв-шоу. А Витюха не местный. Погостит и уедет с богом. Подвергать его опасности не буду, да и он всё равно не поверит — подумает, что издеваюсь.