— А, «Борька -пивное брюхо». А откуда ты знаешь, где я живу?
— А я и не к вам.
Голос у Бориса был странный, холодный. Если не сказать страшный и обжигающе жуткий. Андрей взялся за ручку двери, будто собираясь не пустить бармена внутрь и это ему должно было помочь.
— А тут больше никого нет, — сказал сосед и подмигнул мне, но я видел как он побледнел.
— Михаил?
Обращались уже ко мне. Андрей замотал головой и погрозил мне кулаком, но гость не сдавался.
— Михаил? Я знаю, что вы здесь, хотя мне наверное не хочется тебе «выкать», сволочь. Увёл мое девку дрянь,прямо из под носа и прячешься у друзей-алкашей?
— Ты с кем говоришь? -обиделся Андрей. — А за алкашей можно и схлопотать.
— Ну так открой дверь и ударь меня, — холодно процедил голос из-за двери. Тут уже я дико замотал головой и руками. Если хотят войти — пусть ломают двери, а открывать им глупо. Это как с вампирами — их нужно пригласить, иначе не войдут. Почему-то крылатые тоже просто так не входили.
— Откроешь? — почти ласково спросил Борюсик.
— Я тебя не звал, иди на «х», -процитировал сосед и заржал, как лошадь. Костян поддержал его выглядывая из под занавески. Даже я блин, улыбнулся, хотя спина была холодная как у мертвеца и колени дрожали как в нервном припадке.
— Смешно, — произнесли из-за двери, — Да вас там целая бригада. И за все что делаем, отвечать тоже будем вместе, так?
— Так точно! — заорал сосед и влупил по двери с ноги, — За ВДВ, бля! Кто первый войдет в мой дом, уроды!
— Смешно, — повторил хладнокровный,как медуза Борюсик.Я представил,как он сейчас стоит в темноте подъезда,там, за дверью: белый как луна, со светящимися в темноте глазами и стало жутко.
— Смешно, но вы нам неинтересны. По крайней мере сейчас. Сколько вас там?
— А ты что доставку из Тройки принёс? Я ничего не заказывал.
— Я принёс телефон.
— К-какой, — даже запнулся от неожиданности сосед.
— Китайский, — смутился Борюсик, — или корейский. Какая разница, это не тебе. Это твоему гостю. Он свой выключил, прячется. А кое-кто хочет с ним поговорить. Я уйду и телефон оставлю на пороге. Засады не будет — я выйду во двор, чтобы видели.
— Тебя мы боимся, конечно. Вали и забирай мобилу с собой. Потом скажешь, что я украл — знаю я вас, барменов.
— Мишка? — он уже обращался ко мне, я отшатнулся,казалось, что толстый мордой прижался к двери и смотрит сквозь дерево, — Мишка, возьми трубку. Это Катя. Возьми трубку.
Он так изменил голос на последних словах, что меня вжало в стену вместе с табуретом. А потом он ушёл.
— Не выходи, Мишка.
— Да я и не собирался.
— Вижу его, — прошипел Костян, — толстый на меня смотрит. Привет, урод!
— Вооружен? — деловито поинтересовался сосед по имени Андрей.
— Крыльями разве что.
— Чего? Дай посмотреть.
Пока они глазели в окно и охали, я встал и к двери медленно прошелся. Открыл замок, потянул за ручку, выглянул в коридор и телефон с коврика поднял.
— Зря, — сказал сосед. Они стояли у окна и смотрели на мои телодвижения.- Зря пошел на поводу. Террористов нельзя слушать их нужно моч…
— Я знаю, — прервал я невежливо,телефон завибрировал в руке и сыграл «Анафему». «Неизвестный номер», — высветилось на экране.
— Ну бери, раз уж взял трубу. Включишь на громкую?
— Нет, — сказал я, — без обид. Мало ли что там. Всё что можно расскажу.
— Хорошо.
— Это не толстый звонит, -уточнил Костян, — на нас смотрит, трубы нет у него. Только крылья здоровые за спиной. Пиздец.
— И не говори, — сказал я и нажал зеленую трубочку.
Это была Катька. Я сразу узнал этот «пышкин голосок». Только теперь она была ещё и страшно напугана.
— Миша? Миша, это ты?
— Я.
— Боже Миша, боже Миша, боже.
— Спокойнее, девочка, где ты? Давай ты успокоишься и все мне объяснишь где ты находишься и куда пропала.
Парни разом отошли от окна, услышав мои слова и окружили меня с напряженными лицами. Они намеревались слушать и я не стал им мешать.
— Я не могу, он… он…
Я услышал в трубке мужской голос, но не разобрал, что он говорит.
— Что? Успокойся. Тебя кто-то обижает? Ты можешь сказать где находишься?
— Он хочет с тобой встретиться. Мужчина. который сидит рядом, хочет чтобы я передала тебе! — её голос периодически срывался в истеричные ноты, но девушка держалась,скорее всего из-за того кто стоял за спиной.
— Кто это ты можешь сказать? И где встречаемся? Скажи, что я сделаю, всё что нужно.
— Мишка, Мишенька, мне так страшно.
— Дай ему трубку, пусть сам скажет.
— Он не хочет с тобой говорить. Ты обидел его и у него нет настроения, но если ты приедешь — он не тронет тебя. И меня отпустит…