— Дары?
Темнота у дверей шевельнулась. Никто не заметил, как в помещение вошёл Курт. Он не выдал себя скрипом петель и умудрился избежать света масляного фонаря, подвешенного под потолком.
— Его дары изуродовали нас.
Во мраке разгорелись четыре пары глаз.
Клевец ударил, и ледяная крошка полетела в стороны. Зацепившись изогнутым шипом на ударной части молота за обледеневший горизонтальный прут, мы вытянули аватар на каменный карниз.
С примёрзшей сточной решёткой не возникло проблем, мы нарисовали на ней руну Энис используя в качестве краски собственную кровь и вложив энергию, временно убрали преграду из физического плана реальности.
В шаге от стоков, Серриса сорвалась и едва не покалечилась, но верёвка, которой мы обвязались, спасла её от падения, а нас, от участи использовать руну повторно. Вытянув женщину наверх, мы оба перевели дух, увидев, как через минуту, исчезнувшая преграда вернулась в нашу реальность.
Стоки замка, оказались не трубой как это представлялось при виде округлой решётки, а вырубленным в толще камня, узким коридором, в котором приходилось двигаться на полусогнутых. Самым худшим раскладом было наткнуться на вертикальную шахту, но на наше счастье, каменная кишка уходила на подъём под сносным для передвижения углом.
Впрочем, из-за слоя вездесущего льда у нас под ногами, для обоих клевцов (один мы временно отдали Серрисе) нашлась работа.
Разведка ущелья отняла у нас половину дня, а движение по вырубленной в толще камня штольне, растянулось на несколько долги часов. Четырежды мы останавливались отдыхать, упирая дрожащие ноги в противоположную стену и опираясь спиной на холодные камни использовали свои тела словно распорки. Только так можно было дать своим мышцам отдых не рискуя соскользнуть и отправиться в долгое, скользящее падение до самой решётки, к которой приедут одни лишь избитые трупы.
Наш аватар больше не мог похвастать регенерацией гидры, а Серриса истратила свою способность пережить смертельные ранения. А значит мы оба — были уязвимы.
Последний привал пришлось прервать раньше срока. Где-то дальше по тоннелю раздался шум, а затем по нам прошёлся поток воды. За секунды до того, как это случилось, мы со всей силы ударили по льду клевцом.
Только благодаря этому удару нас не смыло.
Отфыркиваясь и вися на верёвке, распластанная на льду за нашей спиной, колдунья прорычала:
— Кха! Мы должны выбираться Молчун, или замёрзнем!
Подтягиваясь на оружии и возвращая себе устойчивое положение мы успели ответить, прежде чем нас снова окатило потоком:
— Не замёрзнем. Сливают воду где-то совсем близко.
И мы оказались правы. Сточная решётка с толстыми прутьями, встретила нас в потолке штольни через несколько десятков метров. Здесь было темно, потому что вода смыла с нашего лба руну Иргус, но где-то в помещении над нами пространство затапливал синий свет осветительного кристалла.
— Ты слышал? Кажется, где-то наверху дверь хлопнула. Может провернёшь ещё раз свой трюк с исчезновением!
— Нет. — Нащупав руками преграду мы подставили плечо и упираясь прорычали. — Каждая повторная активация одной и той же руны сжирает уйму энергии. Обойдёмся силой.
На наше счастье, решётка не была проморожена. Проходя проверку силой, мы поняли, что не можем отбросить её, но вот приподнять один край и сдвинуть — запросто. За время работы двуручным мечом, специально выкованным очень тяжёлым, наш аватар стал сильнее.
Под грохот скребущего по камням металла решётка была сдвинута в сторону достаточно, чтобы мы оба смогли пролезть в открывшийся проём. Первым выбрался наш аватар, а уже затем, подав руку, он вытянул наружу Серрису.
— А эти карлы те ещё идиоты, не находишь? — Колдунья обхватила себя руками, мокрая одежда многократно ускоряла накопление штрафов от холода. — Через этот лаз сюда может проникнуть кто угодно.
Осматриваясь, мы обнаружили толстую деревянную дверь и многочисленные деревянные бадьи с ребристыми досками для стирки. Справа, вдоль всей стены, тянулся глубокий желоб полный воды, и она продолжала прибывать, капая из восьмиугольного отверстия в потолке. Помимо всего прочего, тут находилось две бочки, пустые и исходящие паром. По всему выходило, что именно эту воду вылили на нас, пока мы ползли по шахте.
— Они используют вертикальные шахты для того, чтобы собирать воду из талого снега и дождя. Она падает в желоб, а излишки стекают в решётку. Накопленную воду используют для купания и стирки.
Серриса заглянула за бочки и позвала нас:
— Смотри, а этим похоже греют. Ничего не напоминает?