— Вон на сучке веревка висит, — показал Тарин пальцем в сторону коней, рядом было не толстое дерево, а на высоте примерно полутора метров от земли Тарин повесил моток веревки, которой были закреплены вьюки, — в середину веревки и стреляй.
Парень взял лук, достал стрелу и почти не целясь выстрелил… до дерева было метров двадцать пять и стрела воткнулась точно в середину эллипса образованного мотком веревки.
— Да, действительно, хорошо стреляешь, — кивнул Тарин, — вот при Туске тогда будешь да помогать в походе.
— А куда поход ваш?
— Это уже как получится, — сказал я, — как твое имя?
— Даук.
— А тебя как звать? — спросил я не уступающего Варасу в размерах крепыша.
— Берак.
— Тоже кузнец?
— Нет, камнетес я.
— За что на каторге был?
— За налоги…
— Не заплатил?
— Нет, отобрал у сборщика…
— О как! — рассмеялся я, наш человек, — с нами останешься или в родные края подашься?
— Нельзя мне в родные края, снова поймают, да и весь род накажут из-за меня. А с вами это куда, разбойничать?
— А мы на разбойников похожи?
— Нет, вроде не похожи.
— Мы наемники, и у нас дело есть одно важное, которое мы должны завершить… И не буду скрывать, опасное.
— Все равно лучше, чем на копях, — ответил Берак и вытер жирные губы рукавом.
— Мечом владеешь?
— Конечно, все в моем роду через ополчение прошли.
— Хорошо, — кивнул Тарин, и развернувшись достал из баула два коротких меча в ножнах и протянут Варасу и Бераку, — вот, не богатые, зато для бою в самый раз. Никитин, а ты дай Дауку свой лук, пока своим не обзаведется.
— Хорошо, — ответил я и обратился к Дауку, — вон с ранца отвяжи.
— Как ты жил все это время? — спросил меня Варас.
— По-разному, — ответил я и вкратце рассказал ему о своих приключениях. Особенно его потряс рассказ о битве на Ровном Камне, а узнав что он сидит рядом с наследником князя Васлена, так вообще растерялся и минут двадцать сидел и «переваривал» информацию молча шевеля губами разговаривая сам с собой.
— Отличный ты меч выковал Варас, — вывел его из ступора Тарин, — Никитин упустил кое-что, он тебе еще не рассказал о судном бое.
— Его вызвали на судный бой?
— Да, попался на уловку, вот и пришлось драться, — сказал я.
— И как?
— Ну, — вздохнул я, — убил его.
— Ага, я даже подымить не успел, только трубку набил а слышу люди загудели, рубанул мол чужак, гляжу а он его уже и добил…
— Ты его мечом владеть учил? — спросил Варас у Тарина.
— Угу… толковый он, быстро соображает что и как.
— Понятно… — вдохнул Варас, а потом спросил, — стало быть, вы мятеж удумали?
— Ну… это с какой стороны посмотреть, — ответил я за всех, — по мне так и не мятеж вовсе, я восстановление справедливости и возвращение в Трехречье законной власти.
— А с какой стороны не смотри… Но мне нравится! — улыбнулся Варас, а потом погрустнел, вдохнул и добавил, — Ох Никитин, я столько понял в тех подвалах у Хранителей…
— Ничего, — засопел Талес, — скоро рассчитаешься кузнец Варас… и я рассчитаюсь.
Угольные копи.
Корен, помощник председателя суда.
Группа из десяти всадников судейской стражи, телега и крытый фургон остановились на развилке, Корен обратил внимание на следы копыт и нескольких пар следов босых ног на пыльной обочине. «Опять продали кого-то» — подумал он, а потом его как шилом в задницу ткнули и он истерично прокричал:
— Гони в копи!
Выяснив, что удача прошмыгнула мимо носа Корен был взбешен настолько, что даже загнал себя в гипертонический криз, тяжело дыша и мучаясь головной полью, он тихо скомандовал десятнику судейской стражи отправляться в погоню. Пыля по дороге всадники умчались, а Корен попросив о помощи прошел с главным надзирателем к нему в дом.
— Ну что поели, попили? — спросил Тарин у Даука и Берака.
— Да, — довольно улыбнулся Берак.
— Тогда вот кожушок берите один на двоих, да идите к дороге… следы мы оставили, а ну кто решит проверить кто свернул в лес?
— Караулить?
— Да, на дорогу только не выходите, из лесу наблюдайте, а ежели что свистите… Стемнеет возвращайтесь, тут будете караулить, ночью я и Никитин вас сменим.
— Ну, пойдем мы тогда.
— Идите, — кивнул Тарин
— Куда дальше? — спросил Варас, когда наши новички ушли к дороге.
— Надо подумать… Никитин достань лоскут подорожный, я в южные земли не часто ходил, — ответил Тарин.