Воевода Тарин знал свое дело и сразу отдал несколько распоряжений… Сотня ополченцев под командованием Ласа прошла каменок и «оседлала» перекресток двух торговых трактов, за мостом через Срединную, встав лагерем и организовав караульную службу. Обозники, фуражиры и сотня Бока расположилась на большой площади рядом с рынком; конные разъезды отправились патрулировать дороги и протоку, остальные всадники Ванса встали лагерем у въезда в каменок.
Судейский Двор теперь стал домом воеводы Тарина, где разместился его обоз с охранителями ну и наш фургон. Отыскали старейшин каменка, их вежливо, но настойчиво попросили явиться к воеводе, где им была зачитана Грамота Совета. Старейшины восприняли известие по-разному, очень по-разному. Кто-то обрадовался и пообещал помогать, кто-то промолчал, просто приняв к сведению информацию, а кто-то был явно не доволен произошедшим. Тарин попросил старейшин объяснить жителям ситуацию, а также пообещал не нарушать покой людей, на столько, на сколько это позволяет военное положение. Затем Тарин в сопровождении охранителей уехал а мы с Варасом обнаружив в небольшой пристройке к конюшне двух перепуганных мужичков, успокоив их и узнав, что они конюхи наградив парой монет, предали им своих коней «на заселение». В одной из маленьких комнат на первом этаже дома жила пожилая семья — прислуга наместника, поняв что им ничего не угрожает, Ларта, так звали пожилую женщину показала нам где находится кухня и предложила свои услуги, т. е. приготовить нам поздний ужин. Кстати это семейство с нескрываемой радостью восприняла новость о существовании наследника Васлена, а суетливый старикан, муж Ларты даже засобирался в ополчение, но выслушав от супруги пару «ласковых» слов передумал и предложил показать нам несколько комнат в которые можно заселиться. Оставшиеся бойцы из охранения Тарина, во дворе разожгли костер и принялись готовить себе ужин, глядя на них и у меня разыгрался аппетит. Мы с Варасом отнесли вещи в комнаты, и пошли на кухню, где Ларта занялась готовкой.
Тарин вернулся спустя час, довольный и уставший. Обнаружив нас на кухне уже приступивших к ужину, присоединился к нам.
— Проверил, все войско расположилось, караулы расставлены, дальние дозоры высланы…
— А как люди в каменке? — спросил Варас, передавая Тарину миску с похлебкой.
— Люди спокойны, большинство старейшин на нашей стороне.
— А те, кто не на нашей? — спросил я
— Те тоже спокойны, — ответил Тарин, прихлебывая из миски деревянной ложкой, — пока спокойны.
— Пойдем Дарина, — сказала Чернава, отставив пустую миску на край стола.
— Пойдем, — грустно ответила Дарина. Она уже несколько минут как поела и «сверлила» меня глазами, от чего я испытывал некую неловкость, но Чернава мудрая женщина, все правильно сделала.
— Можете выспаться, — сказал им в след Тарин, — два дня тут точно простоим.
— Так и сделаем, — ответила Чернава и они вышли из кухни.
— А Дарина то глаз не сводит с тебя Никитин, — толкнул меня плечом Тарин.
— Угу…
— Ты только заметил? — улыбнулся Варас, — он же как только у меня появился, так Дарину как подменили…
— Ладно, хватит уже а? — отодвинул я пустую миску и налил себе в кружку сока.
Тарин поднял руки в примеряющем жесте.
— Ты мне лучше вот что скажи… воевода, — я выложил на стол кисет и стал набивать трубку, — ладно я пришлый в этот мир человек… много я еще не знаю. Но ты, умудренный годами и ратному делу обученный…
— Ты о чем?
— Я о том, что судя по наступающим холодам скоро замерзнут болота, а гарнизоны на севере не встанут из-за всей этой заварухи… Палей в городище с достаточными силами и водой в колодцах, сходу можем и не пройти за стены, а еще воевода Палея прибудет…