— А я-то думал, чего нам не хватало. — фыркнул приёмщик. — Назад, назад, к чёртовой бабушке!
На жёлтой полосе, окаймлявшей вагонные бока, тут же написали: «Радиация! Смертельно опасно!» и, распахнув двери вагона, тут же отправили его назад. Потом приёмщик, похохатывая, рассказывал, какие суета и переполох начались по ту сторону купола: — Забегали, словно муравьи! Я в бинокль с башни смотрел, чуть со смеху не лопнул!
Случаи, когда китайцы пытались пристроить в укромные уголки транспортных средств звукозаписывающие и подглядывающие устройства, вообще в расчёт не брались. Даже самые сложные «жучки» обезвреживались уже в в ходе сканирования. Это выглядело довольно забавно: когда микроаппаратик, упрятанный где-то в укромной щелке вагона пересекал плоскость сканирования, он лопался с яркой вспышкой и трескучим хлопком. Был случай, когда въезд вагона с заурядным текстилем был сопровождён чуть ли не новогодним фейерверком.
— Понимает ведь нация толк в пиротехнике! — благоговейно заметил тогдашний начальник службы безопасности Жандарм. — Вот что значит исторические традиции — словно в Пекине на их Новый год!
Старик никогда не закатывал по этим поводам никаких дипломатических скандалов китайской стороне. Более того — будто даже ничего и не замечал. Однако не отказывал себе в сомнительном удовольствии порезвиться за счёт экспериментаторов. Как-то раз он выявил адскую машину, дистанционно перепрограммировал её и распорядился вернуть убийственный груз. Через несколько секунд после того, как платформа с контейнерами выехала за пределы Зоны, взрыв разнёс подъездные пути, которые китайцы хлопотливо восстанавливали целую неделю.
— У вас что-то произошло? — ежечасно сочувственно осведомлялся у них Старик оперным баритоном. Надо отметить, что опыты ханьцев всё же были исключениями, а не правилом. После неизбежно заканчивающихся провалом попыток китайцев испытать границы Зоны на прочность, торговый обмен продолжался словно ни в чём ни бывало. К примеру, последние полгода, подданные Поднебесной не пытались озадачить жителей Зоны ничем особенным. Прибывали вполне обычные грузы, которые Старик с одному ему понятным юмором называл «народно-хозяйственными»..
И вот теперешнее беспокойство, проявленное Стариком… А он никогда не ошибается.
— Стало быть, сегодня очередной праздник. — кисло заметил Опричник. — Чем же порадует нас пылающий алой зарёю Восток? Мэйгэ жэнь бэйпочжэ фачу цзуйхоудэ хоушэн. Цилай! Цилай! Цилай!
В боксе приёмки стоял новенький металлический грузовой вагон. Он уже был окружён оцеплением «звёздных» в зелёных комбинезонах с автоматами наперевес. «Молодцы ребята! — мысленно одобрил начальник службы безопасности. — Быстро работают, чётко». Метрах в десяти от входа пара молчаливых коротко стриженых крепышей с перекрещенными молниями на шевронах крайне осторожно расчехляла нечто продолговатое.
Опричник пожал руку приёмщику грузов: —Привет, Хомяк. Что там?
— Привет. Да вот, сам посмотри, кого Старик обнаружил.
На экране ноутбука медленно вращалась трёхмерная картинка — результат сканирования, произведенного при въезде вагона. Опричник присвистнул: —Ух ты, матерь божья коровка! Бонусы, бесплатные приложения! Сколько же их там?
— Двенадцать особей. Притаились за ящиками. Все увешаны оружием, словно новогодняя ёлка — гирляндами. Автономное дыхание, броня, радиошлемы. Очевидно, спецназовцы. — Который раз своих на убой посылают, тупые уроды. Одно и то же… Как не надоест? — вздохнул Опричник. — Что у вас там, бойцы, готово?
Крепыш кивнул: —Всё в норме, покидаем помещение.
Он чем-то звонко щёлкнул на торце матового металлического цилиндра и внезапно рявкнул: —Все слышали? Включается смерть-лампа. Удаляемся оптимистической трусцой.
Когда все уже находились за тщательно закрытой металлической дверью, рядовые «звёздные» Айсберг и Вирус переглянулись.
— Занятно, что там сейчас происходит? — спросил Айсберг, подтягивая ремень автомата. Вирус пожал плечами.
— Да чего занятного? — хмыкнул стоявший рядом сержант Фугас. — Слышали же — работает смерть-лампа. Через семнадцать секунд в боксе ни одного микроба не останется, не говоря уж о диверсантах.
При слове «микроб» Вирус зябко поёжился.
Некоторое время все молча переглядывались.
— Аминь. — наконец подытожил Опричник, взглянув на часы. — Или ещё подождать для верности?
— Чего ради? — удивился один из «скрещённых молний» — У нас — как в аптеке.