— Нет, — сказала ей Джен. — Увидимся.
— Надеюсь, не скоро, — ухмыльнусь, Мак уходя.
Джен была счастлива за свою подругу. Рада, что Мак была счастлива и любима. Мак заслужила это после всего, что пережила. Вместо того, чтобы отправиться в гайрдин, Джен направилась к холодильникам. Пришло время взглянуть получше на то, что послал им Император.
Луол убедился, что вход в его комнату был заперт, прежде чем повернулся и заключил Майсу в свои объятия.
— Богиня, как же я соскучился по тебе! — слова были едва различимы, когда он прижался губами к ее губам.
— И я так скучала по тебе, любовь моя, — Майса обняла его за шею, наслаждаясь тем, как ее тело прижималось к нему, когда он поднял ее над полом. Нет, он не был большим и массивным воином, которые так привлекали многих женщин, но он был именно тем, кто по-прежнему привлекал ее даже после всех этих циклов.
Луол не мог поверить, что его Майса была здесь в его объятиях. Он так скучал по ней. Он ненавидел их разлуку, особенно когда вокруг были другие женщины. О, его не привлекали ни Маккензи, ни Дженнифер. Его Майса всегда оставалась единственной женщиной, которую он хотел, но просто видеть их, это заставляло его тосковать по его Майсе еще больше.
Но теперь она была здесь, и он планировал компенсировать потерянное время в разлуке. Поменяв положение руки, он скользнул ею под колени и понес свою Эша на кровать.
Трейвон направлялся в свой командный центр, когда краем глаза поймал движение на поле тренировок. Кто может быть там в такое время? Хотя солнце Понта спускалось за горизонт, жар, который оно оставляло позади, был подобен волнам от выжженых песков.
Гульзар.
Трейвон скрестил руки на груди и молча наблюдал, как молодой воин прошел серию упражнений, чтобы отточить навыки Элитного воина. Гульзар двигался с точностью и изяществом, хотя пот стекал по его телу, чтобы тут же быть жадно поглощенным иссохшим песком.
— Достаточно! — взревел он, когда Гульзар снова начал следующее упражнение, и мужчина удивленно повернулся к нему. — Доклад, воин Гульзар.
Гульзар не понимал, что Трейвон хотел, чтобы он сказал, но тотчас же встал перед ним.
— Генерал?
— Что ты здесь делаешь, воин Гульзар?
— Я тренируюсь, генерал, — сказал ему молодой воин, глядя на своего генерала прямо в глаза.
— В самую жару? Без спаринг-партнера?
— Элитный воин должен быть готов сражаться независимо от условий, генерал, и мои навыки владения мечом нуждаются в улучшении.
— Ты веришь в это из-за того спаринга со Спадой?
— Да, генерал, — он опустил взгляд на меч.
Трейвон подумал о том, что должен сказать молодому воину. Это была правда, но воинам нужно было отачивать не только свои навыки владения мечами. Именно поэтому они тренировались каждый день, ведь каждый воин в какой-то момент мог потерять или не мог использовать свой меч. Именно поэтому они также тренировались на клинках и в рукопашном бою. То, что делал Спада, было не для того, чтобы научить Гульзара, это было сделано, чтобы унизить его.
— Даже если он тоже потерял меч?
— Это произошло в спаринге с вами, генерал, более опытным и сильным воином.
— Это правда. Но разве он здесь тоже тренируется, чтобы убедиться, что это не повторится, как ты?
— Я… нет, генерал, но он уже достиг статуса Элиты, когда я не…
— Однажды, я не сомневаюсь, ты тоже достигнешь его, Гульзар.
— Я… спасибо, генерал.
— Но, только в том случае, если не будешь позволять другим думать и говорить, как тебе стоит поступить. Доверяй себе.
— Я… я не понимаю, генерал.
— Хоть ты и родом из достойного рода, Гульзар, не это определяет тебя хорошим воином.
— Я знаю это, генерал.
— Дело не в том, что у других не было навыка, Гульзар, у них не было воли.
— Что? — Гульзар удивленно посмотрел на него.
— Во вселенной есть много таких Спад, которые судят о тебе не по твоим способностям или достижениям, а из-за того, чего добились твои предки.
— Так, как вас осудили за Аади, — слова вырвались из уст Гульзара, прежде чем он понял, что произнес их, и он побледнел, когда Трейвон, казалось, окаменел.
— Ты прав, — тон Трейвона был холодным.
— Я не собирался предполагать, что вы похожи на вашего предка, генерал. Я не испытываю к вам ничего, кроме величайшего уважения, — Трейвон удивленно поднял брови, пока Гулзар быстро продолжил. — Правда, я изучил сражения, в которых вы были, и то, чего вы достигли. Вы заработали каждую из бусин, которую носите, и отказываетесь носить бусины любого из ваших предков. В отличие от некоторых.