— А должен? — огрызнулся он, чувствуя, что перегнул палку. В ее словах была правда, и своим упрямым отрицанием этого мужчина добился только одного.
Лирен пожала плечами, тыльной стороной ладони стерла выступившие слезы и принялась распутывать подол, старательно глядя в пол. Карстен поднялся, опираясь на спинку кровати, и протянул ей руку. Девушка покосилась в его сторону и демонстративно отвернулась, нервно теребя пальцами платье.
— Как хочешь, — с напускным равнодушием сказал он и медленно пошел вниз, используя в качестве опоры стену и перила лестницы.
«Хочет обижаться — пусть обижается, — раздраженно подумал мужчина, осторожно спускаясь по лестнице. — В конце концов, этот разговор не я начал. Какона вообще в дипломаты попала, если сразу в слезы кидается?»
Внизу его ждали аккуратно разложенные на низком столике пузырьки, несколько шприцов и рулонов бинтов и тонкая папка, на которой рукой Дерила было крупно выведено: «Курс лечения». Карстен быстро пролистал ее и поморщился, устыдившись собственной вспыльчивости — Лирен к нему отправили не только ради душеспасительных лекций, но и для вполне конкретной помощи: со многим из рекомендаций мага он бы сам не справился.
Мужчина развернулся, готовясь к еще одному подвигу на лестнице, но Лирен спустилась сама. С эмоциями она справиться сумела, больше напоминая теперь не милую девушку, а безэмоциональную надзирательницу.
— Слушай…
— Знаешь, не надо, — девушка осторожно забрала у него папку, опустилась на диван и последний раз шмыгнула носом. — Я поняла.
— Что ты поняла? — устало спросил Карстен, садясь в кресло напротив.
— То, что ты пытался до меня донести. Не будем об этом. Алекс? — Лирен обернулась к открывшейся двери. — Ты очень вовремя.
— Привет. Вот, твоя подруга передала, — парень кинул на диван сумку и плюхнулся рядом и уставился на мужчину. — Ты как, живой? Выглядишь хреново.
— Я бы на тебя после такого веселья посмотрел, — покачал головой Карстен, провожая взглядом гордо выпрямившуюся Лирен.
День начинался как нельзя лучше.
— И что дальше?
Анна сидела в кресле в кабинете капитана стражи и барабанила по столу зажатыми в руке ключами от сгоревшего дома. Напротив нее сидел отчаянно зевающий Маркус, пытавшийся одновременно делать две вещи — бороться со сном и думать. И то, и другое получалось одинаково плохо.
— И что ты предлагаешь? — хмуро спросил он. — Мне тебя не хватало для полного счастья.
— Так не занимайся мной, — предложила Анна и, дождавшись, когда мужчина поднимет на нее глаза, пояснила: — Я сама с этим прекрасно справлюсь.
— Еще пара трупов в городе будет отличным пунктом в моем послужном списке.
— Да ладно тебе, не будь законченным стражем порядка. Ты же сам говорил, что поможешь.
— За сына. А за все остальное Карстен прикопает меня рядом с этими уродами.
— А вот он бы разрешил, — горько вздохнула женщина, опустив взгляд. — Хреново, что сейчас не может замещать пост капитана.
Маркус скептически фыркнул, но разубеждать не стал. Анна, сообразив, что уловка не удалась, покаянно развела руками.
— Попытаться стоило.
Он потер подбородок, что-то обдумывая, и, осененный догадкой, вытащил из запираемого ящика стола конфискованную трубку и протянул ее женщине.
— Ты знаешь, что это?
— Слышала. — Она ловко сцапала оружие, пробежалась по нему пальцами и поднесла к губам. — А где дротики?
Маркус открыл верхний ящик стола, молча выгреб дротики Карстена и протянул ей. Анна, не глядя, взяла один с его ладони и без колебаний вставила в трубку.
— Стрелять умеешь?
— Немного.
— Покажешь? — Он поднялся на ноги и угольком поставил на противоположной стене точку, обведя ее неровным кругом.
Анна кивнула, сощурилась и дунула, совершенно не целясь. Маркус оглянулся на мишень, неопределенно хмыкнул и вернулся в кресло, протянув руку за оружием.
— Для нее любые дротики подходят?
— От мастера зависит. Если делают на продажу, то да, почти любые. Если делают на заказ, то только того же мастера, за очень редким исключением. В этом случае, — она развернула трубку и провела пальцем по едва видимой отметке, — оружие сделано на заказ Братства, их отметка. Дротики откуда?
— Отобрал вместе с оружием, — отмахнулся ушедший в себя мужчина. — К делу не относится.
— Оно тебе нужно?
— С чего я должен тебе его отдать?
— Мало ли. — Анна с видимым сожалением положила трубку на стол. — Вопрос, что дальше, остается актуальным.
— С Витом можете пожить у меня, — он кинул ей ключи от дома. — И это… где-то на столе валяется письмо, ты должна знать.
Анна благодарно улыбнулась, сунула ключи в карман и быстро разворошила и без того неаккуратную стопку бумаги. Единственный конверт нашелся быстро — из дорогой бумаги, с печатью одной из столичных служб, аккуратно подписанный.
— Это?
Не дождавшись ответа, она вытряхнула из конверта сложенный пополам лист гербовой бумаги и бегло просмотрела написанное. Нахмурилась и растеряно посмотрела на Маркуса, сминая в кулаке извещение.
— Неританская служба безопасности при короне? Чего они в Дартве забыли?
— Ясно же сказано, — кисло ответил Маркус. — Им не нравятся жестокие убийства жителей столицы на нашей территории.
— И я.
— Видать, та госпожа очень хочет забрать внука себе. Ты видела, кого они к нам собрались засунуть? Чего, не слышала о ней, скажешь?
— Валери Моро… Слышала, конечно, но ничего хорошего в тех слухах не было.
— Не далеко от истины. Девчонка — редкостная стерва, несколько раз года полтора назад на нас наезжала. Напарнику очень досталось, а я теперь на юге хрен найду работу.
— Вашу мать! — Анна с силой пнула ножку стола и запрокинула голову. — И что?
— Думается, от отсутствия госпожи Моро никто страдать сильно не будет, — задумчиво сказал Маркус, выкладывая у трубки дротики и подталкивая оружие к женщине, и красноречиво указал на мишень.
Даже не целясь, Анна попала в самый центр.
Оставшиеся до праздников дни прошли в раздражающей атмосфере всеобщей вежливости и учтивости.
Обиженная на своего нового подопечного Лирен сидела у него дома с раннего утра и до позднего вечера, прихватив с собой какую-то бухгалтерию из лавки и утыкаясь в нее при первой же возможности. Все рекомендации Дерила она выполняла неизменно молча и с совершенно отсутствующим выражением лица, а на вопросы отвечала односложно, что лучше всего говорило о том, насколько сильно девушка задета.
Карстена злило ее поведение, злило то, что он чувствует себя виноватым, злила неизбежная необходимость извиниться — и заставить Лирен выслушать и принять эти извинения, а не в очередной раз уклониться от разговора. Не меньше раздражали собственная неспособность нормально перемещаться даже по дому, суровые ограничения-рекомендации мага, ноющая боль по ночам и отсутствие обезболивающего, которое прятала Лирен, уходя домой, — из мести, не иначе.
Наблюдавший за этим Алекс сочувственно улыбался и изредка развлекал девушку игрой на флейте и своими простенькими магическими фокусами. От этого она ненадолго добрела и оживала, переставая напоминать суровую надзирательницу.
— Она не будет долго обижаться, — под конец третьего дня попытался утешить Карстена парень, убирая в чехол инструмент.
— С чего ты так уверен? — спросил тот, ради такого дела даже отрываясь от созерцания потолка.
— Лирен за тебя слишком переживает для этого. Тем более сегодня праздник, а начинать новый год с каких-то мелочных обид она не захочет, так что для тебя это отличный момент, чтобы извиниться, — уверенно заявил парень, надевая куртку.
— Надеюсь, тебя потом не притащит разозленный капитан стражи?
— Да вряд ли на рынке что-то случится, меня Лирен пригласила сегодня присоединиться к ним и попросила кое-что заодно купить.
— К ним?
— Ага. А ты собираешься?
Карстен отрицательно мотнул головой. У него совершенно не было настроения на подобные сборища, к тому же Джоанна представляла непосредственную угрозу его и без того пострадавшим ребрам. Сегодня обниматься с ней ему почему-то очень не хотелось, а он точно знал, что Джо полезет — такая уж у нее привычка.