Лишь приблизившись к Реверу вплотную, можно было разглядеть, как сквозь человеческую кожу пробивается звериная шерсть. Ион, исполненный брезгливости, отошел к окну и стал дожидаться пока морок вдоволь напьется. После, он помог двойнику короля разместиться в кресле. Лже-Ревер свесил безвольные руки с подлокотников и вытянул уставшие от ходьбы ноги. Успокоившись, двойник уставился в одну точку немигающими глазами и застыл, словно окоченевший труп.
- Сиди смирно, и жди пока я не вернусь . – сказал Советник и засобирался на выход .
Закрыв спальню, Ион тяжело дыша подошел к скрытой нише. Подпол уходил вниз к узкой железной лестнице. Грузное тело, облаченное в мешковатый кафтан и куцые панталоны угрожало забить собой ширину прохода. Как советнику удавалось пробивать себе дорогу толстым брюхом, при этом часто мельтеша короткими ногами – было загадкой. Ион справлялся, виртуозно прокручиваясь на крутых виражах и проворно спускался вниз.
Преодолев длинный коридор подвала, толстяк подошел к низкой двери, отперев которую оказался в широком дворе, огороженном от городских улиц кирпичным забором. Двор был до отказа забит крестьянами. По обыкновению- невысокими , плечистыми и шумными. Ожидающие образовывали подобие длинной очереди, которая обрывалась палаткой с засевшим внутри писарем. Трудяга, вооруженный гусиным пером , чьи мозолистые пальцы были испачканы чернилами, неспешно заносил имена земляков в толстую тетрадь ,задавая каждому одни и те же вопросы.
- Фамилия? Кто отец ? Из какой деревни ? Сколько лет ? Женат или холост? Желаешь ли стать наемником за хорошее вознаграждение?
Прикинув на глаз количество собравшихся, советник удовлетворенно улыбнулся. План по приобретению собственной армии , которая в случае чего сможет отстоять его интересы, срабатывал. Хорошая альтернатива жалким остаткам войска короля Ревера,чьи ряды из-за проблем с довольствием и жалованием стремительно редели. Опытные, закаленные в боях ратники подыскивали новые места сбыта своего убийственного ремесла. Здесь такие были в почете, за их услуги по обучению сельских мужиков военному делу, щедро платили. Ион потер ладони .
Крайне удачными выдались для него последние месяцы. Исчезновение наследницы , болезнь Ревера, помощь худосочной ведьмы, щедрый урожай и сбыт зерна через морские порты Лагеррии- все вместе взятое приносило солидные барыши. «Пока суть да дело, пока мужичье гнет спину в полях и не задумывается о многом, необходимо спешно ковать тыл и закрепиться на троне» -улыбаясь, рассуждал советник.
Разглядев сквозь толпу, греющегося на солнышке Иона, к нему подбежал стройный рыцарь, руководивший отбором.
-Желаю здравствовать, ваша Светлость – сказал рыцарь .
- Как идут дела, Джон ? – бодро, по-отечески спросил советник .
- Все в порядке. Бракуем немощных и стариков, оставляем самых способных .Скоро сформируем отряды и займемся подготовкой.
-Сними с неразумных пахарей стружку, Джонни! Давно пора окропить мечи кровью, пока те не заржавели ! – сказал Ион и пошел назад.
Ненасытная утроба толстяка жаждала щедрого восполнения потраченных сил и нервов. Выражалось это в необходимости запихнуть в безразмерный желудок побольше блюд изысканного королевского меню. Ради такого удовольствия Ион ускорил шаг.
Распахнутая дверь столовой – и у Советника отлегло от сердца. Зрелище сервированного стола не разочаровало его. На фамильном серебре исходили ароматами утонченные яства. Центр занимало блюдо с запеченными жирными угрями. С румяной растрескавшейся панировкой из молотых сухарей и мака, сквозь которую прозрачной слезой вытекал сок. Чуть поодаль остывала свиная рулька закопченная на вертеле. А еще суп из гребешков. Пикантный овечий сыр. Салат из перепелиных яиц и кислого щавеля. Острая приправа из перетертых овощей и портулака. На десерт – открытый пирог со сливами, от теплого дыхания которого можно было потерять разум.
Ион отослал слуг .Он не любил утолять свой зверский аппетит при свидетелях. Ему, как человеку рожденному в бедной семье в компании было невкусно. За столом требовалось соблюдать правила этикета, орудуя при этом ножом и вилкой. Куда проще действовать руками – легко и понятно. У его покойной матери было девять душ детей, оттого привычка расправляться с едой так, чтобы ее не успели вырвать изо рта, сохранилась у Иона на всю жизнь. Он постоянно заедал голодное детство, доказывая себе, что теперь может позволить все самое дорогое.
-Ах , мирабель , мирабель! – пропел толстяк, начиная трапезу со сливового пирога.