Всю неделю она сама выбирала, куда им поехать. Читала путеводители, смотрела обзоры в интернете. Восхищалась старинными замками и видами с утесов, а он лишь слегка улыбался, идя за ней.
Всю дорогу до Кассиса Кирилл спал в автобусе. Лежал на Таниных ногах, наслаждаясь тем, как касаются волос ее пальцы. Иногда она будила его. Показывала очертания гор на горизонте, живописные пастбища или бирюзовое море. Он молча вглядывался в них, а когда они пропадали из поля зрения, вновь проваливался в сон.
Приехав в Кассис, они сразу направились к центру. Там, у набережной, всюду плыли корабли. Лучи солнца проносились по их палубам. Засмотревшись на них, Кирилл задумался о своем и не сразу повернулся к Тане.
— Как же тут красиво! Попробуй посмотреть на реальность тем же взглядом, что и во время медитации. Так, словно впервые видишь ее.
— Но зачем? Что это даст?
Таня с улыбкой закатила глаза. Ее забавляло то, как Кирилл всегда искал выгоду в жизни.
— Счастье. Ты забываешь, что оно не в чем-то великом, а в том, чтобы наслаждаться происходящим с тобой. Взгляни на это.
Остановившись на склоне, она показала на шероховатую стену домика с лианами. На ставни окон изумрудного цвета и желтую дверь рядом с ними. У маленького столика на террасе стояли горшки с растениями. Они чуть прикрывали собой деревянные стулья с узорчатыми спинками.
— Чувствуешь умиротворение, легкость?
Он пожал плечами.
— Отдели себя от пространства. Направь внимание на свой внутренний мир и на него одновременно.
Люди шли мимо них. О чем-то разговаривали, смотрели по сторонам, подставляя лицо солнцу. В их поведении не было ничего особенного, но для Кирилла они внезапно стали казаться странными. Словно каждое их слово или жест были прописаны в чьем-то сценарии, но никто из них даже не подозревал об этом. Кириллу казалось, что люди — просто картонные куклы, персонажи фильма, не знающие того, что все их действия предопределены, что их самих играют актеры. Минуту назад им был и он сам, пока не вытащил себя из декораций. Пока не проснулся.
Таня с улыбкой смотрела на него. На то, как он крутил головой, словно став ребенком, впервые увидевшим реальность. Глаза округлились и наполнились светом. Коснувшись его руки, она осторожно прильнула к нему.
— Что чувствуешь?
Их пальцы сплелись, но он все так же смотрел вдаль перед собой.
— Что проснулся в фильме. Что теперь я словно вижу себя со стороны и… Могу управлять собой.
— Так и есть, — таинственным голосом произнесла она.
— В этом состоянии можно сделать все, что угодно.
Сказав это, Таня повела его вверх по склону. Они шли по каменистой дороге вдоль похожих домиков, кафе и прилавков. Вокруг было столько цветов, столько ярких красок, что эта тропа стала казаться ему целым миром. Из его сознания исчезли мысли, стремления, прошлое. Он жил здесь и сейчас, на сто процентов осознавая это. Все его существо погрузилось в то, что он видел, слышал, чувствовал.
Улыбка невольно появилась на его лице. Неведомая свобода заполонила сердце. «Я никогда не жил до тебя. Я был где-то в себе, своих мыслях или наоборот забывал о них, растворившись в реальности. Я хочу всегда ощущать то же, что и сейчас. Не знаю, чем я заслужил тебя, но теперь я счастлив». Все это он хотел сказать Тане. Хотел кричать об этом на весь мир, обнимать ее, благодарить Вселенную за то, что она свела его с ней. Но Кирилл просто шел, оглядываясь по сторонам, и улыбался. Боялся, что спугнет, потеряет это чувство.
Но вот они дошли до вершины холма, и домики закончились. На его каменистой поверхности не было никого, никто не нарушал тишину своим движением. Лишь редкие кустарники покачивались на ветру, цепляясь за траву своими ветками.
Ребята подошли к извилистому дереву на краю обрыва. Перед ними простиралась море чисто бирюзового цвета. Ветер с силой подталкивал волны, и они остервенело разбивались об скалы. На их поверхности оставались влажные следы соли, что, как бриллианты, мерцали в лучах солнца.
— Теперь понимаю, почему ты решила сюда поехать, — сказал Кирилл, опершись об дерево. Свежий бриз с задором убрал назад его волосы. Он с наслаждением подставил лицо ветру.