— И не стыдно тебе вот так разгуливать по лагерю? — оперлась на дверной косяк скрестив руки на груди.
Со стороны я, наверное, выглядела странно, еще и с таким вопросом.
— А есть чего стыдиться? — я встретила довольную моську, которая светилась от счастья. Такое впечатление, что джекпот выиграл!
— Не культурно отвечать вопросом на вопрос.
— А я научился этому у тебя. — парень ленивой ходьбой направился в мою сторону, остановился сбоку и закинул прядь мокрых волос за мою спину. Тем самым ввел меня в ступор. — Ты ревнуешь? — его горячее дыхание обожгло кожу между ухом и шеей. По телу прошелся разряд тока, а мне так и хотелось крикнуть, попросить, чтобы он не останавливался и поцеловал меня… снова…
— Сдурел? — я бы посмотрела на эту сексуальную гору мышц, но боюсь, что краснее рака!
Но этого было не избежать, потому что этот бесстыдник повернул меня к себе и не предупреждая набросился с поцелуем, и таким страстным, что я едва на ногах удержалась!
Острый язык уже давно хозяйничал в моем рту и резко переходил из одного состояния в другое: то нежный и ласковый, то наоборот!
Мои губы в момент опухли от этого хищника, который уже начинал делать дорожку из поцелуев от губ и до шеи, а руки пробрались под кофту и начали хозяйничать не в собственном огороде.
Поддавшись рефлексам, отклонила в сторону свою шею, а мои руки оказались на натренированным теле.
Опомнилась только тогда, когда почувствовала боль в собственных пальцах. Как оказалось, я вкусно зарылась ногтями в тело Сергея, а он мне ни слова не сказал. Терпел боль, гадюка!
— Сергей, — заскулила, но парень не слышал. Наверное, вошел в кураж. — Карпов, черт возьми!
Мои слова сработали, но не так, как ожидала! Вместо того чтобы отстраниться, он взял меня за руку и повел к кровати, навалился сверху и продолжил осыпать кожу поцелуями, а моя грудь оказалась в плену чужих и одновременно желаемых рук.
Я хотела попробовать привести в порядок затуманенный разум и мне замигал красный свет!
Горячие губы быстро меняли темп от безумной страсти к нежностям, покусывая при этом шею и мочку уха. Левая рука находилась на пояснице и притягивала моё тело к Зевсу, давая почувствовать возбуждение, а вот правая старалась не обделять вниманием грудь, что уже давно налилась возбуждением, от которого соски начали беззастенчиво торчать и клянчить кусочек ласки для себя!
От наката неизведанных до сих пор эмоций, я перенеслась в мир Евы, где в роли Змея был Карпов. Своими манипуляциями он лишь подбрасывал дров в мой, без того немалый, костер языки которого достигали самых сокровенных уголков моего сознания, но в этот раз они сумели выключить все рубильники, все «стоп-краны», которые полетели к черту, остались лишь оголенные провода моего тела и души, которые требовали большего и большего.
Пришла я в себя тогда, когда почувствовала невыносимую и резкую боль внизу живота, а за ними и вкусный набор слов:
— Какого черта ты не сказала?! — это было сказано на повышенных эмоциях, но не с обвинениями, а с шоком, который четко отражался на лице.
— Черта? А как, и когда именно я должна была сказать?
— Не знаю. Намекнуть…
— Намекнуть?! — поднялась на локти остановившись возле носа Карпова. — Как? Как намекнуть?!
Во мне бушевала боль, которая дополнялась и злостью!
Я сжигаю его взглядом, а тот смеется! Не выдержав, я ляпнула:
— Чего ржешь как лошадь? — я хотела, чтобы и он позлился, поэтому так нетактично высказалась.
— Ми умудрились спорить даже тогда, когда я в тебе, — еле выговорил он сквозь смех. Я посмотрела на него, тогда на наши тела и сама начала смеяться.
— Вот дьявол! Я даже не могу нормально сексом заняться с тобой. — продолжая смеяться говорила я. — Надо же влипнуть в такую ситуацию! Жесть… — смеюсь и от этого внизу еще больнее.
В глазах блестели слезы, но не от боли, а от смешной ситуации, в которой оказались двое глупых людей.
— Я буду осторожным… расслабься… доверься мне, — именно эти слова обжигали моё ухо, но я послушалась, отпустила ситуацию, и сама вырубила все рубильники добровольно.
Удовольствие вперемешку с болью это еще тот коктейль, но с таким человеком! Оно того стоило!
Я бы еще сотни раз повторила эту глупую ситуацию, лишь бы с ним, с Сергеем, со своим Змеем, который так умело соблазнил меня.
Теперь и я грешна…
— Вот. Выпей, — в ладони парня лежала таблетка, скорее всего обезболивающее. Не задумываясь взяла и проглотила ее. Парень подал воды, и я запила эту кислятину.