Вежливый.
Смешной.
Как представитель мужского пола, Эллиот очень недооценен женским населением Айовы, и за это я бесконечно благодарна.
Боже, переехать к нему было худшим, что я могла сделать, — парень слишком вежлив, чтобы приставать к своей соседке по комнате. Слишком вежлив, чтобы дотронуться до меня, даже когда я снимаю рубашку во время массажа.
Я знаю это.
Он это знает.
Дэвин, черт возьми, знает это, а он совсем меня не знает!
Гррр!
Забираюсь под одеяло невероятных размеров кровати Эллиота, фланелевые простыни только что из прачечной, знакомое тепло. Приветливые и уютные, мы хорошо знакомы, его кровать и я.
Его кровать. Такая соблазнительница.
Если то, что я лежу у него под одеялом, не заставляет его думать о чем-то другом, у меня нет никакой надежды.
На ближайшей к стене стороне я натягиваю рубашку, расправляя ее на теле, жалея, что у меня не хватает смелости снять ее и зарыться в простыню Эллиота, не надев ничего, кроме нижнего белья.
Боже, я гормональный подросток.
Даже хуже.
И теперь, когда мои гормоны кричат на все мое тело и мозг, их уже не остановить. Они думают за меня.
Кожа к коже — вот чего я жажду.
Мягкое, нежное поглаживание — вот чего я хочу.
Целоваться, облизывать и ласкать губами — вот что меня волнует.
Не обращая внимания на мои стенания, Эллиот возвращается, все еще без рубашки. Его широкая грудь заполняет дверной проем, широкие плечи и загорелая плоть заставляют мои девчачьи части покалывать — его грудная клетка идеальна. Соски темные. Ключица достаточно гладкая, чтобы желать ее лизать.
Может, вместо того, чтобы пялиться, мне стоит почитать книгу. Вылезти из кровати, вернуться в мою и жить своей жизнью. Найти парня, которому я нравлюсь настолько, чтобы он преследовал меня, приставал ко мне.
— Вчера я переписывался с Дэниелсом, и он рассказывал мне о шоу, которое они начали смотреть с подругой, о четырех парах, которые женятся с первого взгляда, вроде как свидание вслепую. Новый сезон только начался.
Я сажусь, заинтригованная.
— Люди женятся, даже не увидев друг друга?
Он пожимает плечами и ставит стаканы на стол. Я любуюсь его задницей, прежде чем он поворачивается ко мне лицом. Забирается на кровать, прислоняется спиной к изголовью, ноги поверх одеяла.
Длинные, подтянутые ноги футболиста. Способные бегать каждое утро и регулярно играть в футбол. Мы оба играли в средней школе, но не были достаточно хороши, чтобы играть на университетском уровне. Оба любим бегать, но не на длинные дистанции.
Он скрещивает ноги в лодыжках, кладет руки за голову, и мой взгляд путешествует по всей его длине. Высокий. Массивный. Твердый во всех лучших местах.
Я хочу мурлыкать, но не хочу пугать его до чертиков.
— Ты бы вышла замуж за человека, которого никогда раньше не видела? — Эллиот бросает на меня беглый взгляд, переключая каналы.
— Да, сто процентов. — Я энергично киваю, потому что так и есть.
Он выглядит удивленным.
— Неужели?
— Да. Если бы я достигла определенного возраста и не была бы в отношениях, я бы сделала это. Что эти люди теряют? Это похоже на забавный эксперимент.
— Думаешь, что достигнешь возраста, когда тебе придется выйти замуж за совершенно незнакомого человека?
— Не думаю, что кто-то из этих людей обустроены. На мой взгляд, для каждого есть вторая половинка, если вы открыты для этого.
— Но жениться на незнакомке по телевизору? Думаешь, будешь настолько одинока, что тебе придется?
— Да, это определенная возможность. Я имею в виду, подумай об этом таким образом. Мне уже за двадцать, я в самом расцвете сил, и на горизонте все еще нет никого, кто хотел бы со мной встречаться.
Я оставляю приманку для его несогласия, и он ее глотает.
— Это неправда, — говорит он медленно и тихо, вдумчиво.
— Ну, в любом случае, думаю, что идея довольно романтична.
Эллиот издает низкий смешок.
— Видимо так и есть, если Зик Дэниелс — самый большой циник в кампусе — сидит и смотрит его со своей девушкой.
Я обдумываю эту информацию.
— То есть, в принципе, мы должны подготовиться к тому, что можем стать зависимыми от еще одного телешоу?
— Наверное.
— Это постоянное влечение к нелепым шоу ничем хорошим не закончится, ты ведь знаешь это? В какой-то момент нам с тобой придется покинуть дом ради еды, воды и солнечного света. Я даже не помню, когда в последний раз принимала душ.