Пистолет пришлось прятать в неработающий холодильник в комнате Виктора, предварительно завернув в какую-то старую рубаху. Не мог же он его с собой таскать. Да и вернуть было некому — Ашот Варгиевич на работу не вышел. Ни завтра, ни послезавтра. Говорят все же заболел.
Тем временем жизнь шла своим чередом. Виктор ходил в школу, обучал «пятерку» Нарышкиой медитации и спокойному дыханию, однако вместе с «пятеркой» выразили желание оставаться на пять-десять минут после уроков еще несколько девочек, а там и остальные подтянулись. В конце концов на медитацию оставался почти весь класс, кроме нескольких учеников. Среди них конечно же Артур Борисенко, который вскидывал свой «дипломат» на плечо сразу же как звенел звонок заключительного урока.
Что же до планов Виктора, то обозначив себе целью постараться помочь Яне в ее борьбе с раком, он шел сразу по двум направлениям. Первый — это работа с ней самой. Обучить, дать ей нарастить «броню спокойствия», выровнять зеркало души, чтобы она не переживала по пустякам… а как выяснится, все в этой жизни — пустяки. Глядишь и не наступит у нее рака. И второй путь — ранняя диагностика, лучшие врачи и технологии этого времени. Однако, чтобы иметь доступ к этому нужны связи и деньги. В первую очередь даже связи. Как только в стране стукнет перестройка и все такое прочее, как только дадут отмашку кооперативам и коммерции — он сможет заработать достаточно количество денег. Виктор хорошо помнил наивность советских людей, которые с головой окунулись в «капитализм» и «рыночную экономику», тогда и конкуренции то никакой не было. Что угодно делай — хоть джинсы шей, хоть водку продавай, хоть видеосалон открывай — первое время прибыль будет до небес. А вот связи… связи нарабатываются не за один год. Точно так же и репутация. Тем более что какие-никакие подвижки у него в этом плане были. Так, например, высокая девушка по имени Айгуля одна из защитниц женской волейбольной команды «Колокамский Металлург» — теперь тренировалась вместе с ним по вечерам в атлетическом зале. Раз уж так вышло — он показал ей как медитировать. Речь зашла о предмачтовом мандраже, когда руки немного дрожат и вроде все нормально, но все равно как-то тревожно и куда эти руки девать, а еще дыхание становится неглубоким, впол-вдоха. И если вот в таком состоянии долго сидеть, ожидая пока мужская команда отыграет — то очень устаешь. Это ему рассказала Айгуля в перерыве между подходами.
В ответ он — обучил ее медитации. Сказал, что якобы часть подготовки спортсменов на соревнованиях высокого уровня. Как там говорят в Китае про лучников — ты не сможешь выстрелить, пока не успокоишь дыхание. Ты не сможешь успокоить дыхание, пока не успокоишь дух. Вот. И вообще в момент стресса ты не поднимешься до уровня своих ожиданий, а скорее опустишься до уровня своей подготовки. Так что лучше стресса не испытывать. На тренировке спортсмены показывают результаты куда как лучше, чем во время соревнований — такое случается довольно часто. Перегорают, волнуются, суетятся, чувствуя груз ответственности. А это — всего лишь способ не реагировать на дополнительные стрессовые факторы и успокоится. Космонавтов так учат.
Авторитет Советского Космоса тут был очень велик, космонавты вообще были в статусе небожителей, и страна предоставляла им все самое лучшее, так что спорить Айгуля не стала, а послушно выполняла его наставления, закрывала глаза, садилась по-турецки на коврик для аэробики и дышала под счет. Вообще Виктор заметил, что его новая подопечная была на редкость покладистой и в ряде случаев даже вопросов не задавала. Сказали надо — значит надо. Между делом он познакомился с ней поближе, узнал, что у нее есть мама, а папа умер, когда она была маленькой, что она — единственная дочка в семье и живет вместе с мамой в районе Негритянки, они там квартиру снимают. Рассказала, что переехали сюда, когда она еще была маленькой и по первости жили в деревянном доме без отопления и горячей воды, а они привыкли к теплу и было очень трудно. Мама работала уборщицей — сперва на вокзале, а потом в рабочей столовой при Комбинате. А она — училась в той самой третьей школе, где сейчас Виктор преподает. В школе же стала играть в волейбол, перешла в ДЮСШ-2, где попала под грозные очи Валентина Сергеевича, который и предложил ей в команде играть. Сразу после школы — устроилась на Комбинат, формально она в цехе горячего литья работает, но фактически даже ни разу там не была. Почему в горячем цехе? Там условия вредные, куча надбавок за вредность производства, чтобы зарплата повыше была. Так что на самом деле Салчакова Айгуля Эрес-ооловна, конечно, ни в каком горячем цехе не работает, а играет за женскую команду Комбината. Женская команда вообще в загоне была — до прошлого года. С новым директором стали больше внимания и на них обращать, а то предыдущий только свое любимое детище холил и лелеял — мужскую команду по футболу, «Металлург» в своей региональной лиге стабильно первые места в турнирной сетке занимал. Ровно до того момента, пока Николай Свечин не ушел в ЦСКА… чего и следовало ожидать. Уж больно талантливый был парень, вот его и пригласили в центральный клуб, а как иначе? Замуж она пока не собиралась, потому что у нее мама болеет, за ней следить нужно.