— … он приставал к Айгуле, когда она решила с новеньким тренером из школы пройтись и домой возвращалась, предложил ей «лизнуть у него кое-что» и похабщину нес!
— Было такое. — кивает Салчакова: — вот урод, а? Аленка, ты не расстраивайся…
— Знаете что⁈ — Маслова выпрямляется, ее глаза мечут молнии: — да пошли вы все!
— Твой Холодков стоял на вокзале и знакомился с приезжающими из деревни студентками, чтобы им комнату в своей квартире предложить… чтобы они с ним натурой рассчитывались.
— Мне следовало бы уйти из этой команды давным-давно! Пошли вы все! — Алена забирает свою сумку и выходит в коридор, хлопнув дверью на прощание, да так, что едва штукатурка с потолка не сыплется.
— Чертова неудачница. — говорит Волокитина, скрестив руки на груди и глядя ей вслед: — и такие как она будут учить меня позитивному мышлению…
— Волокитина, тебя к руководству завода вызывают. — говорит Валерий Сергеевич, глядя на Волокитину и Маркову, которые стоят перед ней в кабинете. За его спиной, на полках стоят многочисленные кубки, на стене развешаны медали и грамоты. Над всем этим висит надпись «Колокамский Металлуг» и цифра 25.
— За что⁈ — повышает голос Волокитина.
— Ты ветеран команды, предполагается что ты и должна вести эту команду. — продолжает Валерий Сергеевич: — ты же уже… старше всех девчат. Вот сколько тебе уже?
— Женщину о возрасте не спрашивают, Валерий Сергеевич. Это невежливо.
— Послушай, Волокитина, мы проигрываем «Красным Соколам» пятый раз подряд. Гордится тут нечем. — вздыхает тренер.
— Из-за такого вот отношения как у Масловой! — складывает руки на груди Волокитина: — «классная команда эти сырники», сил нет слушать. Тошно становится.
— Руководство хочет распустить команду. Это лучше, чем позориться.
— Руководство ни черта в игре не понимает. Нельзя распускать команду!
— А чего ты от меня хочешь? — снова вздыхает Валерий Сергеевич.
— Я хочу больше не проигрывать. — твердо говорит Волокитина. Валерий Сергеевич с силой трет лицо руками и закрывает глаза. Некоторое время молчит. Вздыхает.
— Что такое «голландский штурвал»? — наконец спрашивает он.
— … а? — едва слышно бормочет Волокитина и отводит глаза в сторону.
— Что такое «голландский штурвал»? — повторяет Валерий Сергеевич, сцепляя пальцы рук перед собой.
— Это когда… ну тобой управляют. Но не прямо и непосредственно, а… ну через руку… — говорит Маркова и тоже отводит глаза в сторону.
— Не понимаю. — признается тренер: — как это?
— Ну… когда берут за эту штуковину у мужчины и… ну ведут. — Маркова краснеет.
— То, что ты только что сказала — называется поход в загс. А «голландский штурвал» это когда мужчина сам себя берет, а его берут за руку, поверх этой руки. — поясняет Волокитина: — ты уж должна знать, раз с Холодком под лестницей обжималась!
— Хорошо. — вздыхает тренер: — значит ты Волокитина — обжималась с парнем Масловой и делала ему этот самый «голландский штурвал» под лестницей в тот самый день когда я команде лекцию читал о нелегком положении трудящихся Кубы? И потом не нашла лучше, чем рассказать Масловой об этом в раздевалке?
— Я сказала, что я могла бы обжиматься, если бы захотела. Но я была занята — лекцию слушала. Это Маркова ему «голландский штурвал» делала. — поясняет Волокитина.
— Они в то время еще не встречались! — защищается Маркова: — и он первый ко мне приставать стал!
— Ты считаешь это смешно? — задает вопрос тренер: — смешно делать вот такие вещи с парнем своей сокомандницы на чердаке? А потом рассказать ей об этом в раздевалке после матча?
— Это было под лестницей!
— Я спрашиваю — ты считаешь, что это смешно?
— Я не вижу ничего смешного. Я просто пытаюсь сдержать слезы, Валерий Сергеевич. — отвечает Волокитина.
— Не надо плакать, Маша…
— Завались, Маркова.
— И почему это ты хочешь заплакать? — не выдерживает тренер.
— Да потому что мы в пятый раз «сырникам» проигрываем! И вчера проиграли. Единственно почему я не плачу прямо сейчас — это потому, что я уже ночью поплакала!
— Руководство хочет распустить команду. — вздыхает тренер.
— Нет! — повышает голос Волокитина.
— Мы не убегаем от трудностей…
— Завались уже Маркова.
— Слушай, Волокитина, вот если честно — потому тебя в высшую лигу и не забрали. Играешь ты на уровне уже, да и три года назад была на уровне, но характер у тебя… — качает головой тренер: — ну что это такое? Ты себя как пьяный мужик в баре ведешь! Маслову вон обидела…