– Передавай ей привет, а мы с Мариночкой ждем вас завтра на обед.
Профессор обнял их по очереди и пошел старческой походкой по коридору.
Маша обняла Ивана.
– Как я рада за тебя! Пойдем в ресторан, отпразднуем это. Ой, мне же нельзя теперь спиртного!
– Думаю, символически пригубить можно, ничего страшного Николашке не будет.
– Откуда ты знаешь, что Николашка? Может, Катюшка.
– Николай, Николай. Увидишь.
У них у обоих было то замечательное состояние, когда все удается, а жизнь проста, ясна и определенна. В такое время и люди хорошие, и погода подходящая. К тому же была весна.
– Ванюша, твоя мама хочет, чтобы мы крестили нашего малыша.
– Какая ерунда! Как можно верить во всю эту ерунду! Мама ладно, она пожилой человек, но ты образованная современная девушка. Какая религия, какое крещение!
– Ваня, но даже президент в церковь ходит.
– Так это пиар, разве непонятно. Это просто сейчас модно. Народ обманули. Он остался без идеологических ориентиров. Но зачем же обманываться опять?
– Хуже от этого не будет. Чего ты такой упрямый?
– Лишнее это. Никто не защитит тебя, если ты сама об этом не позаботишься. Все зависит только от тебя.
– А как же сверхъестественные явления?
– Ты еще вспомни Христа! Что мы с тобой все время спорим об этом?
– Ты меня любишь?
– Да.
– Так это же вера, а не логика.
– При чем тут вера? Я просто не хочу анализировать причины, по которым я тебя люблю.
– А я и не могу.
– Что не можешь?
– Не могу знать причины.
– Тебе надо меньше увлекаться религиозными мистиками. Я понимаю, что это отвечает твоей женской природе и тяге к таинственному, но опустись, пожалуйста, на землю. Завтра на календаре будет двадцать первый век. Где Он, твой Бог, в чем Он себя проявил за это время?
– Кто знает.
– Как это, кто знает? Как это, кто знает?
– Ну ладно, Ваня, ладно. Не заводись.
– Мне предложили должность доцента на кафедре.
– Да ты что? Вот здорово! Какой ты молодец! Ты лучший. Представляешь, тебе только двадцать семь, а ты уже доцент!– Господи, господи, как мне плохо.
– Что такое, Иван? Что плохо?
– Все плохо, все плохо.
– Где болит?
– Меня тошнит. Сейчас вырвет.
– Сестра, дайте судно, быстро.
– Нет. Все прошло.
– Уверен?
– Нет. Теперь ни в чем не уверен. А Бог есть, доктор?
– Бог? Думаю, есть. Иначе вы бы давно уничтожили себя. Ну не вы, не вы. Я вообще имею в виду людей. А вы что думаете, философ?
– Думаю, есть, но зачем – не понимаю.
– А что Его понимать? Вы либо верите, либо нет. Что же здесь понимать? И потом, на что ориентироваться человеку прикажете? На периодическую систему Менделеева или на теорию Дарвина? Эйнштейн и тот не отказался от Бога. Лично я в церковь не хожу, но когда тяжело, вспоминаю о Нем. Так и люди. Ну, как вы себя чувствуете?
– Нормально.
– Тогда продолжим.Легкими насечками отделяют кожно-апоневротические отделы от периферии раны, что облегчает в конце операции послойное зашивание. После этого подковообразно с основанием книзу рассекают подапоневротическую клетчатку, височную мышцу (в соответствующей области), надкостницу. Распатором скелетируют кость по всей длине разреза на ширину 1 см, затем рану раздвигают крючками и накладывают фрезевые отверстия. При резекционной трепанации лоскут из надкостницы отслаивают по всей площади. Накладывают одно фрезевое отверстие и затем кусачками отверстие в кости расширяют до необходимых размеров.
– Ваня, что это? Ты и «Coca-Cola»? Что с тобой? – Маша взяла из рук Ивана большой белый надувной мяч.
– В магазине была промоакция, и меня уговорили взять для Коли этот мячик, – рассказывал он, разуваясь.
– Ты же знаешь, как я ненавижу всю эту рекламу, но ведь это всего лишь мяч… И потом, символика фирмы мелкая… Да ладно, пусть играет.
– Николаша, беги ко мне! Смотри, что я принес. Держи, – и он бросил мяч прибежавшему на его зов мальчику.
Мяч попал ребенку по голове и отскочил. Иван опять поймал мяч и, положив на пол, слегка ударил ногой. Это понравилось Коле, и большую часть вечера он футболил.
– Вы ужинали?
– Только Петя, а мы с мамой ждали тебя.
– Ну, идем. Мама! – позвал он.
Кухня, где они ужинали, была небольшой, но уютной, с газовой плитой в углу, на которой стояло большое пустое ведро.
– Воду отключили?
– Да, профилактические работы. Я же говорила, надо поставить в ванной электрический нагреватель. Колю надо купать.
Вошла мама.
– Нина Петровна, садитесь.
– Как ты, мама? Как сердце?
– Ничего, сынок, хорошо. Как у тебя дела?
– Сегодня был совет, будут рекомендовать меня на должность декана факультета.