Горячий и твердый, он пульсировал у меня во рту. Я сглотнула, принимая его немного глубже.
Он стиснул зубы и слегка откинул мою голову назад.
— Я кончу тебе в глотку, Кенси. Ты проглотишь все. — А потом он стал вводить свой член в мой рот и вынимать его оттуда, не сводя глаз с этого зрелища. — Чертовски люблю видеть, как твой рот обхватывает мой член.
Он не был осторожен. Не колебался. Он был груб и безжалостен. Но он смотрел на меня, как на... важную персону. В его взгляде был даже намек на гордость.
Вскоре моя челюсть начала болеть, а губы немного онемели, но я все равно сосала усердно. Вытянула щеки и затанцевала языком вокруг него. Делала все, что, как я знала, приближало его к оргазму. Как только его член набух и запульсировал, его хватка на моих волосах усилилась, пока кожу головы не начало покалывать.
— Все до последней капли, Кенси. — Он подался бедрами вперед и взорвался у меня во рту с гортанным стоном. Я проглотила все, не в силах сделать что-либо еще. Его хватка в моих волосах ослабла, и он в награду погладил меня по голове, медленно оторвавшись от моего рта.
Я нахмурилась, когда он засунул член обратно в штаны.
— Мне он ещё понадобится, — сказала я.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ
Губы Блейка дрогнули.
— Ты получишь его, когда я буду готов. Теперь встань. — Я так и сделала, и его руки обхватили мое лицо; большой палец прошелся по моим губам. — У тебя очень талантливый рот. Хорошо, что он мой. — Он поцеловал меня. Мягко. Сладко. — Теперь ты можешь двигать руками. — Он массировал мои плечи, впиваясь пальцами в мышцы и прокладывая свой путь вниз по рукам, пока конечности не расслабились.
Он отступил на шаг и скрестил руки на груди.
— Раздевайся.
Итак, мы вернулись к тому, с чего начали. Я стиснула зубы.
— Первый.
— Что?
— Первый оргазм, которого ты себя лишила, если ты и дальше будешь сопротивляться их будет намного больше.
Сукин сын. Свирепо глядя на него, я молча начала раздеваться — в этом не было ничего сексуального или дразнящего. Нет, я была взбешена и дала ему это понять.
Его глаза впитывали каждый дюйм моего тела, пока, наконец, я не оказалась обнаженной перед ним.
— У тебя правда красивое тело, Кенси. — Шагнув вперед, он улыбнулся. — А теперь я поиграю с ним. Ложись на спину.
— Как поиграешь?
— Предупредил он, — предупредил он.
Ублюдок. Я снова уставилась на него, опускаясь на кровать. Я медленно раздвигаю бедра, потому что тогда, ааа, он не приказывал мне делать этого.
Большими пальцами он раздвинул мои складочки.
— Уже влажная. Именно такая ты мне нравишься. Руки за голову, Кенси. Хорошая девочка. Не двигайся.
Я сделала, как мне сказали, исключительно потому, что затем он начал раздеваться, начав со своей рубашки. Мое сердце забилось немного быстрее при виде этого великолепного мужского тела — сплошные мышцы, крепкие плечи, рельефный пресс, ни грамма жира. Мои пальцы покалывало от потребности прикоснуться к нему, в то время как моя киска жаждала ощутить его внутри себя. Я не думала, что чисто физическое воздействие от него когда-нибудь уменьшится.
Уперев кулаки по обе стороны от моей головы, он приблизил свое лицо к моему.
— Рот.
Я открылась для него, и он просунул свой язык внутрь. На этот раз он не дразнил и не мучил меня. Он насиловал мой рот так, словно не видел меня несколько месяцев. Пировал и грабил как настоящий варвар...
— Руки над головой, Кенси.
Тут я поняла, что запустила пальцы в его волосы. Поскольку я знала, что ему это нравится, я резко дернула за мягкие пряди.
— Третий.
— Ублюдочный ублюдок.
— Четвертый. Может, добьем пять?
Беззвучно выплевывая все известные мне оскорбления, я подняла руки над головой.
Он прошептал своими губами поверх моих:
— Ты делаешь мой член еще тверже, когда вот так смотришь на меня. — Он поднес вибратор к моему лицу... почти угрожая. Я напряглась. Не то чтобы я не хотела, чтобы он опробовал его на мне. Просто у меня было отчетливое ощущение, что он будет мучить меня до чертиков. С другой стороны, я знала то, чего не знал он — в этой чертовой штуковине не было батареек. Я всегда вынимала их после использования.
— Я разрываюсь, — сказал он. — Видишь ли, часть меня хотела бы заставить тебя отсосать его. Сделать его влажным и теплым, чтобы я мог использовать его на остальном твоем теле. Заставлю тебя вспомнить, что этот рот принадлежит мне настолько, что я могу делать с ним все, что захочу. Но я не уверен, что мне понравилось бы увидеть еще один член — настоящий или нет — у тебя во рту.
Если он думал, что это должно было заставить меня нервничать или что-то в этом роде, то он ошибался. Черт возьми, однажды я на спор засунула себе в рот живую личинку из рыболовной приманки Доджера; Я бы справилась с вибратором во рту.
— Знаешь что, детка? Я решил, что заставлю тебя отсосать. Открой рот.
Я высунула язык, чтобы хлестнуть силиконовую головку, улыбаясь про себя, когда его глаза вспыхнули.
— Открой шире. — Он засунул вибратор мне в рот, подержал его там мгновение, а затем вытащил. — Хм. Мне это нравится.
Его глаза были прикованы к моему рту, пока он снова и снова засовывал игрушку мне в рот. И я знала, что он получал удовольствие не от того, что я это делала, он получал удовольствие от того, что мог заставить меня это сделать.
— Хватит. — Он еще раз помахал им перед моим лицом. — Теперь я получу немного удовольствия. — Он нажал на переключатель. И он с жужжанием ожил.
Что за фигня?
Мое лицо, должно быть, выдало мое удивление, потому что он ухмыльнулся.
— Ты думала, я не замечу, что в нем нет батареек? О нет, я специально проверил. Нашел батарейки на дне коробки. — Он легонько провел кончиком вибратора по моей шее, и он загудел, касаясь моей кожи. —Не забывай держать руки там, где они должны быть.
Час спустя — или, может быть, дольше, я не уверена — я извивалась на кровати, бедра дрожали, пока он потирал мурлыкающую головку вибратора взад-вперед по моему клитору.
Этот ублюдок нанес сокрушительный удар по моим чувствам, мягко проводя игрушкой по коже моей шеи, груди, живота и бедер. Все это время его рот облизывал, покусывал и посасывал; свободной рукой он поглаживал меня.
Четыре раза он подводил меня к краю только для того, чтобы отступить. И я знала, что он сделает это в пятый раз, прежде чем, наконец, позволит мне кончить, поскольку не так давно я в очередной раз совершила ошибку, пошевелив руками.
Я ахнула, когда его рот внезапно обхватил мой сосок, и он начал водить головкой вибратора от моей сердцевины к клитору снова и снова; легкие, как перышко, движения, которые заставили меня поднять бедра и выгнуть спину. И тогда я почувствовала, что это происходит. Моя киска затрепетала, а тело затряслось лихорадочной дрожью, когда напряжение внутри меня возросло до невыносимого уровня и...
Он остановился.
Я была близка к слезам, мне хотелось накричать на него. Дать ему пощечину, пригрозить, что никогда в жизни больше не буду сосать его член. Но я не горела желанием лишить себя шестого оргазма — мне нужно было кончить.
— Ну вот, все, — успокоил он. — Ты приняла все как хорошая девочка. Заслужила поощрение.
Я почти застонала от облегчения, когда он засунул головку вибратора в мою киску. Я приподняла бедра, намекая на большее. Он вонзал его в меня короткими, неглубокими движениями, которые казались божественными, но мучительными. Затем он безжалостно засунул его поглубже. Моя спина выгнулась, и я резко втянула воздух.
— Кончай, когда будешь готова, детка. — Он трахал меня игрушкой, проводя ею по моей точке G. Время от времени он поворачивал ее как надо, а затем глубоко вонзал. И у меня не было шансов продержаться. Нет. Оргазм захлестнул меня, когда я кончала долго и сильно, запрокинув голову.
Он выключил вибратор и вытащил его.
— Ты выглядишь чертовски великолепно, когда кончаешь. — Он перевернул меня на живот. — На колени, Кенси. Хорошая девочка. Я возьму тебя прямо здесь, вот так, но сначала... — Его рука резко опустилась на мою задницу.