— Лучше ты, чем я, Рикки. — Я повернула лезвие, а затем выдернула его. Он отшатнулся назад, пытаясь сделать судорожные, панические вдохи. Затем я побежала.
Распахнув деревянную дверь, я сбежала по каменным ступенькам прямо на мощеную подъездную дорожку. Мое сердце подпрыгнуло, когда я увидела машину Рида. Я дернула за ручку. Заперта. Что ж, вот к чему привела жизнь в дерьмовом районе — ты никогда ничего не оставляешь незапертым.
Я бросилась к грузовику Рикки и потянула за ручку. Дверь распахнулась. Ключей не было. Я ударила кулаком по сиденью. Черт возьми.
Повернувшись к высоким воротам в конце подъездной дорожки, мое сердце упало при виде громоздкого висячего замка. Запустив руку в волосы, я повернулась. Идти было некуда, кроме как на убогое кладбище. И когда я услышала крики Рида, эхом отдающиеся в церкви, я поняла, что у меня нет другого выбора. Я побежала.
С бурлящим во мне адреналином я пробежал через ржавую железную арку и по заросшей траве на дрожащих ногах, игнорируя желание оглянуться. Дождь прекратился, и слабые лучи солнечного света время от времени пробивались сквозь разрывы в темных облаках. Не чувствовалось запаха гнили. Только мокрого камня и влажной земли. Я бы жадно вдохнула его, если бы не была сосредоточена на простом бегстве.
Под щебет птиц и скрип ветвей деревьев я слышала, как по каменным ступеням спускаются сапоги.
— Кенси! — взревел Рид.
Черт. Я прибавила скорость. Даже несмотря на то, что мои мышцы болели, и казалось, что мозг подпрыгивает в черепе, я не остановилась. Просто бесцельно бежала по лабиринту осыпающихся статуй и обесцвеченных надгробий.
Хотя я была быстрее Рида, он все равно мог догнать меня. В конце концов, я была ранена. И я держу пари, что Рикки не сильно отстанет от него. О, конечно, у парня будут некоторые проблемы с дыханием, но я сомневаюсь, что одно-единственное ножевое ранение в трахею убило бы его.
Я попыталась набрать еще ускориться, но это было трудно, когда трава была такой густой и сочной. Кроме того, мои мокрые джинсы, казалось, давили на меня, натирая кожу, как наждачная бумага. Тем не менее, я продолжала двигаться. Где-то должны были быть другие ворота.
Мой темп слегка замедлился, когда судорога начала покалывать мой бок. Черт. Мое горло горело при каждом судорожном вдохе, и я молила небеса, чтобы у меня не начался приступ кашля.
Вопросы поглотили меня...
Были ли они далеко?
Оставила ли я след?
Слышат ли они меня?
Наверняка там должны были быть еще одни чертовы ворота.
Не может быть….
Я обо что-то споткнулась и упала на четвереньки. Боль пронзила мое сломанное запястье. Перед глазами поплыли черные точки. Несколько секунд я лежала, набирая воздух в легкие. Мое израненное тело не хотело вставать, но у меня не было времени отдыхать или восстанавливать силы, мне нужно было двигаться.
Вставай, — сказала я себе. — Вставай, черт возьми.
Осознав, что выронила свой клинок, я огляделась, но он затерялся в высокой траве. Тихо выругавшись, я сдула с лица выбившиеся пряди волос и, поднявшись на ноги, схватилась за ближайший надгробный камень. Все еще тяжело дыша, я двинулась дальше.
Я заставила свое тело снова побежать и пробралась сквозь деревья к задней части кованого забора. Ветки и дикий кустарник время от времени цеплялись за мою футболку или царапали кожу лица и рук.
Честно говоря, я была удивлена, что ни Рикки, ни Рид еще не догнали меня. Мой темп замедлился, и боль в теле стала невыносимой. Мои легкие теперь горели так же сильно, как и горло, и судорога в боку усиливалась при каждом шаге. Мне больше казалось, что я гуляю по грязи, чем бегу…
Я споткнулась о папоротник и снова упала на четвереньки. Твою мать. Боль снова пронзила мое запястье. Со слезами на глазах я подавилась мучительным стоном, зародившимся в моей груди.
— Кенси! — Рид.
Я напряглась. Он был близко, но не слишком.
— Нет смысла убегать, Кенси! Мы найдем тебя! Есть только один выход с этого кладбища, и ты далеко от него! Просто стой спокойно, мы придем и найдем тебя!
Стиснув зубы от жгучей боли в запястье, я поползла назад на заднице, пока не врезалась в дерево. Используя толстый дуб в качестве опоры, я медленно выпрямилась, грудь все еще тяжело вздымалась.
Изо всех сил пытаясь контролировать свое дыхание, я напряженно прислушивалась к звукам Рида и Рикки. Но все, что я могу слышать, — это свист ветра в высокой траве и шелест ветвей деревьев. С другой стороны, было трудно что-либо расслышать, в то время как мое сердце так сильно колотилось в груди, что было похоже на барабанный бой в ушах.
Я надавила на грудину тыльной стороной здоровой руки, делая глубокие, прерывистые вдохи. Легкий блеск пота на моем лбу стекал по вискам, заставляя порез там болеть. Я просто была благодарна, что она не кровоточила.
Шелест травы.
Прикрыв рот рукой, чтобы заглушить свое хриплое дыхание, я держалась очень тихо. Звуки доносились сзади меня, и я не могла сказать, был ли это один человек или двое. Мои губы и подбородок дрожали. Нет, я не умру здесь. Не так. Не сейчас.
Раздался ужасный звук. Как будто кто-то пытался дышать через маску Дарта Вейдера. Рикки. И он приближался. Все ближе. И ближе.
Вскоре он уже бочком подбирался к моему дереву. Он двигался недостаточно быстро, чтобы я могла выставить ногу и подставить ему подножку, когда он проходил мимо, но… Я медленно и тихо подняла руку, принимая нужную позицию. Он сделал еще один шаг вперед, и, прежде чем он успел заметить меня боковым зрением, я ударила его локтем в горло.
Выпучив глаза, он схватился рукой за шею, издав ужасный сдавленный звук. Я попятилась развернуться и убежать. Моя пятка зацепилась за что-то, и я приземлилась на спину и локти. Затем Рикки оказался на мне, обхватил руками мое горло и сильно сжал.
Борясь с инстинктивным желанием вцепиться в его руки, я вонзила пальцы в комок окровавленной ткани прямо в его раненую трахею. Одна его рука автоматически метнулась к шее, в то время как другая ослабила хватку на мне. Это было все, что мне было нужно. Я подскочила и врезалась лбом ему в нос. Из его ноздрей брызнула кровь. Я отпрянула, чтобы убежать, но пальцы крепко сжали мою лодыжку.
Я вслепую пошарила рукой по земле. Нашла камень. С дикой ухмылкой я ударила им его по голове. Или я бы так и сделала, если бы Рид не оттащил его в сторону.
Рид зарычал на него.
— Ты действительно тупой ублюдок. — Он накинулся на меня. — Какого черта ты сбежала? А? Ты думаешь, что у меня нет дел поважнее, чем гоняться за тобой по чертову кладбищу? Я пытаюсь помочь тебе. Я делюсь с тобой своими секретами. И что ты делаешь? Убегаешь. Рикки был прав: ты просто сказала мне то, что я хотел услышать.
— Ты думал, что я не сбегу, Рид? Я не хочу умирать. Я не хочу быть ничьей пленницей. Я хочу домой.
— О, ты поедешь домой. Ты поедешь в свой новый дом. Или ты умрешь в этой церкви, прямо на моем алтаре, и тогда ты будешь со мной навсегда. В любом случае, ты остаешься со мной. — Он поднял мой нож-подвеску. — Нашел это на земле. Умно. Ты никогда не говорила мне, что это украшение для самообороны, — проворчал он, как будто я предала его как друга. — Теперь вставай.
— Не могу. Подвернула лодыжку. — Не совсем правда, но лучше, если бы он думал, что я больше не могу бегать.
В этот момент Рикки выпрямился, свирепо глядя. Не на меня. На Рида, который не обратил на это внимания. Невероятно быстро Рикки бросился на него, выбил нож у него из рук и вонзил ему в глаз. Ну и черт.
Рид отшатнулся с диким криком. Прежде чем я успела хотя бы попытаться встать, Рикки снова был на мне, занеся нож для удара. Я схватил его за запястье и сильно толкнула, пытаясь удержать его на расстоянии. Но ублюдок вложил в удар всю свою силу и нож дюйм за дюймом приближался к моему горлу. Если бы моя другая рука не была абсолютно бесполезна, я могла бы ударить его, поцарапать, что-нибудь еще. Вместо этого мне пришлось наблюдать, как нож подбирается все ближе и...
— Полиция! Бросьте оружие!