Время, не потраченное в офисе, провел у мольберта. Сел с настроем ни о чем не думать, рисовать и медитировать. Оно само началось, думаться: «Непонятно сколько времени продолжится эта контузия, и упускать такой случай, как придавить местных аристократов, вырвав у них место под солнцем, мы не можем упустить. И Злата будет как пугало, со своим сторожевым псом. Мной. Пока согласуют документы, пока начнется внедрение всего, что спланировано, я вполне успею обо всем договориться с Батей». Ден поднял себе настроение, распланировал дальнейшую жизнь, обозначил ориентиры и тут его позвали на ужин.
С момента «броска вазой» у супругов не было повода поговорить. Не а че обсуждать то? Нет секса, нет отношений, нет повода для разговора. Ден был молчалив, а остальные сожители, боялись сказать лишнее слово, чтобы пациент не помер.
Раздался звонок колокольчика. Ванда спустилась вниз. Все спокойно ждали. Только пальцы у некоторых подрагивали. Возвращение Ванды было триумфальное. С небольшой коробкой в подарочной упаковке, корзинкой с ярко красными цветами и запиской. Девушка составила все перед Ведьмой и небрежно бросила:
— Тебе.
Девушку затрясло. Оно и понятно.
Это на Земле, во времена Дена, в государстве Россия быть шлюхой — это престиж. Это уважение в обществе и высокий стиль. Это выставляют напоказ и рекламируют по медио каналам. Девочкам с раннего детства говорят — ты шлюха. И твоя задача, обсосать как можно больше членов. Несколько сотен будет в самый раз для поднятия твоего рейтинга. И обязательно за это нужно требовать что-то взамен. Тебя называли — шлюхой? Так раздвинь ноги перед кем нибудь бесплатно, и все. Ты уже — не шлюха. Вот посмотрите, с этого я ничего не просила, я не такая. Не, ну логично же? А в местных краях, ситуация несколько иная: и в гости не позовут и на бал не пригласят, на охоту тем более. На улице не поздороваются. Везде дороги тебе закрыты. Кроме одной — в публичный дом. Работать.
Злата прочитала записку, резко скомкала и побледнела. Что девочка, столкнулась с правдой жизни? Резко встала, сгребла все добро и молча удалилась. Молча. Совсем молча. Даже записку вслух не прочитала. Но Ден не расстроился. Ему неинтересно было, он и так знал содержание. Сам писал.
Скажите — сволочь? И таки будете правы! Но уговаривать словами не было никакого желания. Поступки, они такие. Если не прощать, то за них придется отвечать самому. Так что девушка ушла прятаться ото всех, всего то проблем. А нет, не получилось. Дамы подорвались следом. А мы, между прочим, на задании, в тылу врага. Но на это всем пофиг. Это только в кино бабы рулят всем. От президентского кресла, до начальника разведки государства. В реальности, редко какая из них может управлять собственной п….
Ден не успел допить свой чай, как делегация вернулась. Правда без цветов и подарков. Расселись по местам. Чопорно продолжили ужин, Злата не поднимала глаз от тарелки. Девушки боялись смотреть на Дена, и с сочувствием бросали взгляды на Ведьму.
— Похоже, примеряют ее случай на себя, — заметил Эд.
— Думаешь все такие? — в Дене, еще не умер романтик, детские установки они такие сильные.
— Откуда мне знать, я не собирался участвовать в этой карусели, — признался Эд.
Ден стоял в подвале. За прошедшую неделю сделанной работы почти невидно, но это не страшно. «Вольные каменщики» пообещали сделать всю работу в срок. Раздались шаги, Ден понял, кто идет, когда еще когда только подходили к нужной двери.
— Что здесь будет, — Аня прижалась со спины.
— Места для отдыха, и лечебных процедур, — обтекаемо объяснил Ден.
— Это ты привез из царства? — любопытство второе женское имя.
— Нет, — но объяснять ничего не стал.
Стояли, молчали, любое слово могло нарушить хрупкое состояние покоя.
— Идем, пора спать. Без меня не вздумай засыпать, — строго предупредила докторша.
Ден в кровати честно пытался не уснуть. Не уснул, не успел, гибкая фигурка скользнула под одеяло и улеглась сверху.
— Эд, побереги себя, постарайся не волноваться и не работать, ты так не выздоровеешь, — Аня гладила парню лицо прохладными ладошками.
Ден поцеловал подставленные горячие губы и отрубился.
На склоне было холодно. «Где это я»? — Ден обшарил горизонт. Увидел знакомый серп Луны. А, Земля. Знание далось легко, на душе ничего не дрогнуло. Ни радости, ни печали. Ден подвигал лыжами вперед-назад. Посмотрел на равный снежный склон. Лететь по нему не один километр, а он не лыжник. Вот совсем. Но не стоять же. Оттолкнувшись, присел для устойчивости, и полетел. Сначала по склону, а потом подумал, почему нет? И оторвался от снега. Ледяной ветер усилился, или это скорость возрасла. И тут в лицо дохнуло теплом. Ден завертел головой пытаясь уловить, понять, где источник тепла. Потому что, с каждой секундой становилось все холоднее, и очень сильно захотелось согреться. Ден немного разжал плотно сжатые губы, и в них ворвался поток тепла.