— Я раз так же подумал, и не могу разгрести последствия до сих пор, — покаялся Ден.
Кара села, качнулась грудь, Ден не устоял и приложил руку, чтобы не поддаваться на провокацию. Не помогло.
Кара лежала бездумно глядя в потолок:
— С тобой получается излишне слитно.
Ден не понял как это, но согласился:
— Исправим.
— В какую сторону, — оживилась девушка.
— Это можно выяснить только опытным путем, — предположил Ден.
Кара начала отползать. Была поймана и притянута на место.
— Стой Эд, я серьезно, у меня давно не было мужчины, — испуганно зашептала «опытная» нимфоманка.
— Рассказывай, — гладя спину предложил Ден.
Кара собралась с мыслями:
— Аня попросила Ведьму рассказать, какое дело она смогла довести до конца, сама. Без твоей помощи? Тут испугалась Злата. Я пообещала помочь им в обмен на студию, для меня. Но я обманула. Мне не нужна студия.
Кара сделала паузу:
— Эта студия не принадлежит им, они наверное думают, что могут меня держать этим, и в любой момент, вернуть тебя. Но это не точно, скорее они так боятся тебя потерять, что у них отказывают мозги. Вот я воспользовалась моментом и…
— Ты не только в этом обманула, — заключил Ден.
— А в чем еще? — весело спросила Кара.
— Поправь меня, если это не так. Ты увидела сестер в приюте, и решила, что они твой шанс вырваться из жизни, что тебе была уготована. Тогда ты нашла «покровителя», и забрала сестер. После приюта, они были счастливы обрести семью. А ты обрела свою. Взяла фамилию сестер, а месье тебе помог все оформить. И еще ты приписала себе лет. И приводила мужчин ты не для мадам, а для гопоты. И как тебе удалось не стать «общей» девочкой в банде? Это показательный момент, о многом говорящий. Надо же было сообразить, жить в приюте и подрабатывать «гоп стопом». Сколько тебе Кара лет? — ответил откровенностью на откровенность Ден.
— Ты умный, — обиделась девушка, — Догадался и ничего не сказал, почему?
— Потому, что ты молодец.
Девушка неверяще распахнула глаза. Легла на него сверху и затихла.
— Я боюсь, — Ден думал, она уже спит, а она что-то решала.
— Зря.
— Не говори так, я боюсь в тебя влюбиться.
— Тогда не зря. Бойся. В меня нельзя влюбляться, — мгновенно согласился Ден.
— Почему? — искренне удивилась Кара.
— Я псих, убийца и отморозок. Там где я, нет женского счастья.
Кара прыснула смехом.
— Что?
— Ты прямым текстом сказал, что для девушки самый лучший вариант влюбиться, — угорала Кара.
— О чем ты говоришь женщина, я сказал с точностью наоборот, — Ден точно знал, какие должны быть «лучшие» мужчины для женщины, об этом твердили из каждого утюга.
— Мне скоро восемнадцать, — неожиданно созналась самая «старшая» из всех живущих в доме.
— Детский сад, — простонал Ден.
Рано утром, Ден в состоянии: «я зомби», отказавшись от завтрака который пыталась приготовить «я зомби» по имени Кара, для других «я зомби», рыжего и черного колеру. Только почти блондинка «полу зомби» Ванда, пыталась поесть, то, что пытались приготовить.
— А ты чего такая? — поинтересовался Ден.
— Представляла, что у вас с Карой творится в комнате, не могла уснуть, — печально созналась Ванда, и кивнув на сладкую парочку, — И у них.
— Присоединилась бы, — кивнув на леди, подсказал диверсию Ден.
Ванда распахнула глаза в немом крике: «а что, можно было»? Ден согласно кивнул, и поймал сумочку, брошенную в него Ведьмой.
— Эд, прекрати, она ребенок, — поддержала подругу Аня.
— Мне через два месяца замуж, — возмутился ребенок, но в конце поправился, — Наверно.
До места добрались удачно, почти без ожидания, при весьма условном местном расписании, тут явно не Московское метро. И вновь расстались на прежнем месте, все точно так же как тогда.
Знакомый пыльный кабинет, и знакомый товарищ, который явно не ожидал увидеть Дена еще раз. А Ден пришел. Но дорогому гостью всегда рады.
Соломон был рад. Светился как золотой. Его внутренний хомяк, писал кипятком, и заранее растягивал щеки. И Ден не подвел:
— Хотите обеспечить старость своим внукам?
Соломон побледнел.
— Какой умный мужик, — восхитился Эд.
— Если, вы таки все расскажите, не услышав моего согласия на этот важный разговор, а я на эти гроши не подпишусь, боюсь, вы мне сделаете больно, — хомяк внутри Соломона, надел немецкую каску, взял шмайссер и сделал зверскую рожу.
Хомяку были нужны сокровища, и он был готов замочить своего хозяина. Соломон просто чуял, что вот сейчас он подписывается на гнилой кипишь. Но душа еврея не могла выдержать вида проплывающих мимо денег. Мимо его кармана Карл! Больших денег Карл! Его наверняка за это убьют, но есть маленький шанс, что он останется на пути к Светлому солнцу со своим сокровищем. А если он сейчас откажется, то не сможет больше спать! Употреблять пищу! И завтра умрет в печали! Наверняка! И потеряет весь накопленный за жизнь свет! Потому, что эта жизнь будет прожита зря! Его проклянут предки, и он будет скитаться один во тьме.