— Но какое все это имеет отношение к длительности жизни полулюдей?
Ричард приподнял бровь.
— Время для мертвых бесконечно. А у полулюдей нет души — эта их часть уже мертва, — и они, вопреки законам Благодати, живут в третьем царстве, где свои законы. Там жизнь и смерть существуют одновременно, без какого-либо разделения, что позволяет им переплетаться самым неожиданным образом. В каждом из полулюдей заключено третье царство, а значит, и смерть — вот почему время для них течет иначе. Видимо, творцы императора Сулакана использовали связь с миром мертвых, чтобы люди, превращенные в оружие, жили как можно дольше и служили его целям. Сулакан был живым и ценил время, поэтому использовал противоположные стороны жизни и смерти, чтобы управлять временем в своих целях.
Саманта удивленно смотрела на Ричарда.
— Все это достаточно сложно понять.
Ричард кивнул, осознавая, что он видел такие вещи, которые девушка еще не могла представить и с трудом понимала.
Ему тоже было сложно все это осознать. Из-за Лесной девы он и Кэлен несли в себе смерть, а значит, оба принадлежали третьему царству. Но разница заключается в том, что они долго не проживут. Крик Лесной девы нес в себе смерть, и подземный мир рано или поздно призовет то, что ему принадлежит.
— Я знаю, — сказал Ричард спокойным голосом. — Должен признаться, мне тоже достаточно сложно это понять.
Глава 27
Когда Ричард вновь занялся переводом вырезанных на стене символов, Саманта стала терпеливо ждать, наблюдая, как он, время от времени, проводил пальцем по особенно сложным элементам.
— Что еще там написано? — спросила девушка, когда ее терпение иссякло.
Ричард провел рукой по лицу.
— Ну, здесь много говорится о том, что император Сулакан хотел превратить как можно больше человек в эту новую расу нелюдей, чтобы они, живущие вне времени, могли служить его целям. Еще он планировал сразу же устранять любого, кому не понравится его грандиозный план, и в первую очередь — одаренных.
Саманта хмуро взглянула на Ричарда.
— Что за грандиозный план?
Перейдя к следующей строке, Ричард прочел ее дважды, убеждаясь, что понял написанное правильно.
— Ну? — спросила Саманта. — Вы можете прочитать или нет?
Ричард тяжело вздохнул.
— Могу. Мне сложно поверить в написанное, но прочитать я могу. Неудивительно, что люди Нового мира были согласны даже на войну, лишь бы его остановить.
— Почему? О чем же там говорится?
— Здесь написано, что император Сулакан хотел объединить весь мир в, как он его назвал, Народный Альянс, с ним во главе.
Сражаясь с Древним миром, Ричард сталкивался со схожими деспотичными идеями о высшем благе, которое важнее жизни отдельного человека. Вера в это высшее благо всегда сводилась либо к подчинению власти тирана и принесению жертв, либо к смерти, и на деле требовала уничтожения всех несогласных, чем демонстрировала нетерпимость, как и прочие подобные верования.
Ричард думал, что со смертью последнего императора Древнего мира борьба, наконец, окончена. Теперь он в этом не так уверен. Где творится добро, устанавливается мир или процветание, всегда появляется зло и старается уничтожить их. Сколько бы ни существовало человечество, будут и думающие, что их видение лучшего мира предусматривает убийство всех несогласных.
Теперь стало очевидно, что начатая так давно Сулаканом битва — не окончена, а созданное им оружие — полностью не уничтожено. Часть такого оружия, выпущенного в мир живых, давным-давно оградили барьерами и границами, где они дожидались возможности вновь вступить в бой. Как и другие, этот барьер, в конце концов, тоже пал.
— Похоже, что всегда есть тот, кто жаждет править, — сказала Саманта, рассматривая записи, которые не могла понять.
— Это, безусловно, так, — отозвался Ричард, касаясь выгравированных на стене символов, — но Сулакан отличался тем, что считал свои цели большим благом для всего сущего, чем сама жизнь.
Губы Саманты слегка дернулись.
— Не понимаю.
— Сулакан считал царства жизни и смерти единым целым, как и Благодать — единый взаимосвязанный элемент. Он хотел объединить оба мира под своей властью.
Саманта покачала головой, наблюдая за читающим на языке Сотворения Ричардом.
— Безумие.
Он посмотрел на нее.
— Не могу не согласиться, но иногда сумасшедшие столь одержимы, что могут втянуть в свое безумие весь мир.
— Не понимаю, как нормальные люди могли соглашаться с такими взглядами.
Ричард со вздохом выпрямился.
— Зачастую безумцам проще привлечь одержимых последователей, чем здравомыслящим людям заставить других прислушаться к голосу разума. Обычно люди с большей готовностью верят не в истину, а в ложь, ведь она может звучать приятно. Истина же по своей природе не всегда столь привлекательна. Это не оставляет выбора мирным людям, кроме как сражаться за свои жизни или пасть от клинков безумцев. Третьего не дано. Не может быть компромисса между цивилизацией и варварством. Цивилизация должна либо защищаться от варварства, либо исчезнуть.
— Полагаю, в этом и заключается наша роль?
Ричард кивнул.
— Всю жизнь я хотел провести мирно, а не сражаться, воевать, видеть, как умирают хорошие люди, и убивать, но другие не позволили бы мне. Я всегда сражался за мир и выживание, а не завоевания. Собственно, так я и оказался здесь, а не в Хартленде, где вырос. — Он махнул рукой на надписи на стене. — Может показаться, будто жители Нового мира избегали войны как можно дольше из-за трусости, но Древний мир не волновало, что эти люди всего лишь хотели жить в спокойствии. В этом случае, пока желающие мира не дадут отпор, захватчик будет торжествовать. По словам Наи император Сулакан и его последователи были полны решимости создать любое, даже самое ужасное и смертоносное оружие, лишь бы покорить несогласных с их планами. Ожившие мертвецы и полулюди — лишь два вида такого оружия. Она говорит, что в итоге Сулакан собирался править из подземного мира и живыми, и мертвыми.
Саманта в волнении меряла большими шагами комнату. Настроение ее было чернее волос.
— Я могу представить, чтобы сумасшедший был зачинщиком битвы, похожее случалось у нас в деревне среди глупцов, но то, что вы описываете, просто безумие. — Она постучала пальцем по голове. — Безумие, безумие.
— Ная говорит то же самое, и предупреждает: чем более мнимыми, нереальными и абсурдными были идеи, тем больше умных людей верили ему. И даже если в итоге цели действительно оказывались нереальными, Сулакан был готов убить множество невинных людей, всего лишь пытаясь реализовать их, и только это волновало стоящих у него на пути — жителей Нового мира. Ная утверждает, что у него не было намерения прекращать убийства, пока жизнь существовала. Сулакан верил, что в конце концов в мире живых должны остаться только ходячие мертвецы и полулюди, а он будет вечно править их душами из подземного мира.
— Вы уверены, что это не сам Владетель ожил? — презрительно спросила Саманта, сложив руки на груди.
— Он был обычным человеком, — ответил Ричард, — который, как и многие другие, служил смерти. Неважно, знали они об этом или нет. Думаю, Сулакан просто был более смелым, чем большинство других. Ная говорит, что, неся смерть в подобных масштабах, он считал свои деяния священными.
Саманта вскинула руки.
— Я даже не могу постичь всей глубины таких заблуждений. Но что действительно удивляет — почему люди верили этому безумцу и боролись за его сумасшедшие цели. Ведь даже я, еще не взрослая, и то вижу, что это бред.
Ричард отвернулся от надписи на стене.
— Множество людей ведут подобную жизнь. А следование за таким лидером дает им право самим стать дикарями, безымянными грабителями и забирать все, на что предъявят права. Некоторых опьяняет подобная сила и возможность уничтожать других. Но это не относится к делу. Главное в том, что Сулакан был достаточно могущественным, чтобы вызвать огромные разрушения и гибель человечества. Даже если он заблуждался, а идеи были безумными, он, его одаренные и огромные, неистовые армии могли повергнуть весь мир в пучину великой войны. К счастью, Ная и люди того времени смогли хотя бы создать этот барьер и сдержать некоторых из наиболее опасных его творений, обезопасив мир на очень долгое время. Но количество запертых за барьером в третьем царстве полулюдей продолжало расти на протяжении многих веков, а теперь они вырвались в мир живых и вновь стали проблемой.