В дискотеке царила романтическая атмосфера: свет был притушен, столы сдвинуты к стенам, чтобы образовалась площадка для танцев. На столах стояли легкая закуска и бутылки с вином. Водки и других крепких напитков не было. Как я узнал позже, это правило всех комсомольских дискотек в стране. В зале звучала тихая, лирическая музыка. Вскоре она сменилась более темпераментными мелодиями, и молодежь немедленно откликнулась на них. Первая половина вечерней программы почти целиком состояла из зарубежной диско- и рок-музыки. Казалось, танцующие хорошо знают и американские популярные мелодии. В перерывах между танцами, когда музыка прекращалась, молодые люди могли побеседовать друг с другом или принять участие в совместных играх и развлечениях. Вторая часть вечера была полностью отдана советской диско-музыке. Звучало множество широко популярных в СССР песен, многие из которых основаны на народных мелодиях, причем не только русских. Если бы американские дискотеки относились к советской музыке столь же уважительно, как советские к американской, то — и в этом я совершенно уверен — молодежь США открыла бы для себя поразительное сходство со своими сверстниками в Советском Союзе. Впрочем, такое сходство обнаружилось бы не только на танцплощадке.
ГЛАВА II
КАМАЗ
ГИГАНТ, ПОСТРОЕННЫЙ И РУКОВОДИМЫЙ МОЛОДЕЖЬЮ
БАМ — это одна из величайших в мире железных дорог, которую в непроходимой глуши строит советская молодежь. Индустриальный гигант КамАЗ построен ею же. Но молодежь не просто возвела этот крупнейший в своем роде промышленный комплекс. Она работает на нем и сама управляет им. Молодые строители преобразили и древнее поселение на реке Каме — Набережные Челны, где расположено это предприятие, — в крупный промышленный город. Он стал одной из достопримечательностей Татарской Автономной Советской Социалистической Республики. В СССР люди привыкли к необозримым просторам. Но даже по советским масштабам Набережные Челны и КамАЗ поражают воображение. Чтобы понять, что такое этот город и завод, представьте себе, будто Сан-Франциско (его площадь близка к площади Набережных Челнов) и автомобильный завод фирмы «Дженерал моторе» в Детройте построены одновременно всего за 10 лет. К этому еще добавьте, что городом Сан-Франциско и заводом «Дженерал моторс» управляют люди, чей средний возраст 27 лет. В Набережных Челнах я не встретил ни одного руководителя старше 40 лет. Генеральному директору промышленного объединения КамАЗ, где работает больше 100 тысяч человек, всего 34 года[2]. Мэру города Набережные Челны 38 лет. Большинство из начальников управлений и директоров заводов, с которыми я встречался лично, — молодые специалисты моложе 30 лет. Те же, кому за 30, уже имеют производственный стаж от 5 до 10 лет. Наконец, можно ли представить себе, что половину работников завода корпорации «Дженерал моторс» составляют женщины? А вот на КамАЗе 51 процент работающих — представительницы прекрасного пола. Среднегодовая рождаемость в Набережных Челнах 8—12 тысяч человек. В новой части города построено 50 прекрасных детских садов и 26 школ, в которых работают первоклассные специалисты воспитания и просвещения.
Я беседовал о Набережных Челнах и КамАЗе с Ренатом Назировым. Этот красивый татарин в течение 7 лет был главным архитектором города. Сейчас ему 39 и он работает заместителем заведующего городским управлением капитального строительства. Назиров рассказал мне, что слово «челны», производное от татарского «чаллы», в переводе на русский означает белые камни. Говоря о становлении города и перспективах его развития, Назиров показывал мне архитектурный план города.
— Социологи, архитекторы, экономисты и даже философы с большим интересом изучают опыт КамАЗа и Набережных Челнов, — говорил он с гордостью. И тут я подумал, что лишь немногие американские социологи, философы, экономисты, архитекторы что-то слышали о КамАЗе и о Набережных Челнах. Зато им хорошо известны такие имена, как Солженицын и Сахаров…
Впрочем, если бы Назиров и знал, что его город и КамАЗ не существуют для большинства американцев, энтузиазма у него не убавилось бы.
— Я не буду говорить о миллионах тонн бетона, стали, стекла и цемента. Я буду говорить о людях. Особенно о молодежи, — с подъемом сказал Назиров. — Тысячи людей приехали сюда из всех уголков Советского Союза. Их взору открывались бесконечные голые степи. Предполагалось, что население города увеличится до 300–350 тысяч примерно через 25 лет. Но в действительности оно выросло даже чуть больше и в значительно более короткий срок. Одновременно с городом строился уникальный промышленный комплекс, где использованы новейшие достижения науки и техники. Не забывайте при этом, что нам надо было удовлетворять нужды рабочих, ведь на КамАЗе трудится огромный коллектив. Да, подумал я, его не назовешь тесным, как тот, с которым мне посчастливилось познакомиться в Кичере.