Но он даже не понимал, о чем говорил. Я ничуть не сожалел об убийстве, наоборот, я обязан этому головорезу за то, что он позволил мне испытать такое блаженство! Однако признаваться не собирался: несмотря на некое подобие наркотического опьянения, я все еще мог нормально соображать – Джерард меня не поймет. И Несса тоже. Значит, я должен молчать: мало ли, какая еще муть водится в моей крови…
Застучали тяжелые сапоги.
- Черт, ну, и где вас шатало? – заорал на солдат принц. – Нас тут чуть на тот свет не отправили, а вы позади ошиваетесь, как трусы!
- Так это… - солдат шмыгнул носом и стряхнул с клинка кровь.
- На нас тоже напали, мой принц, - отрапортовал второй. – Шесть неизвестных личностей зашли со спины, но встретили достойное сопротивление!
- Ладно, прощаю. Кто-нибудь из наших пострадал?
- Никак нет! Шайка разбойников полностью разбита, все мертвы. Только Гомер схлопотал… извиняюсь, пропустил удар в ногу, но цел.
- Отлично, - кивнул Джерард, помогая мне подняться.
Мы вдруг поняли свою оплошность и вспомнили про двух пострадавших женщин.
Даже во тьме я смог прекрасно их разглядеть.
Первая – та, что с медальоном – отличалась просто внеземной красотой. Я понимал, что так быть не может, но прямо передо мной, съежившись на краю пропасти, испуганно сидело доказательство.
Длинные рыжие волосы цвета лесного пожара были собраны в высокую прическу, и лишь два вьющихся локона обрамляли слегка вытянутое молочно-белое лицо с пухлыми губами, подведенными ярко-красной помадой. Красивые миндалевидные глаза испуганно хлопали длинными черными ресницами, тонкие изящные брови взлетели вверх, лоб покрылся от страха морщинками…
Я, признаюсь, на мгновение был очарован - если бы не алмаз, никак не сочетавшийся с простым серым платьем и дешевым меховым плащом.
Вторая, постанывая и держась за ушибленную руку, жалась к рыжей и выглядела немного попроще: короткие светлые волосы, большие карие глаза, немного длинноватый нос с горбинкой и узкие бледные губы, из-за которых выглядывали ровные белые зубы – редкость для деревенских женщин, коими они пытались казаться.
Я вдохнул ночной воздух, пропитанный ароматами смерти. И снова – мускус и нечто еще, странное и необычное…
- Кхм, - кашлянул в кулак Джерард, глядя на меня. – Ты бы вытер кровь с лица. И не смотри так, это просто ужасно. И нам бы ни в коем случае не хотелось напугать милых дам, правда ведь?
Я, словно зачарованный, медленно перевел взгляд с женщин на принца, не понимая, о чем он говорит.
- Во-во, - он нахмурился, словно пытался скрыть страх. – И я про то же.
Я кивнул и тряхнул головой, пытаясь избавиться от тумана в голове.
Внезапно сверху до нас донеслось жужжание веревок. Мы вновь взялись за мечи, но оказалось слишком поздно.
Еще дюжина здоровых мужчин спустилась с гор на тросах и окружила нас. Один из них, вооруженный средним шестопером, на лету снес одному из солдат Джерарда голову. Та треснула, словно спелый арбуз, и обрызгала всех нас кровь и мозгами.
Меня бы стошнило на месте, если бы не стало так интересно…
Я осторожно слизнул с пальца остатки крови.
- Хо-хо! – радостно воскликнул «шестопер», спускаясь на землю. – Смотрите-ка, парни, у нас еще одни гости! Какая, однако, хорошая ночка, кошельки все прут и прут.
Его «парни» одобрительно ухнули.
- Слышь, шеф, - окликнул его сиплый, почесывая лысый затылок. – Эти ублюдки ухайдохали Радда и еще семь наших! Надо бы их за это наказать, а? Пустить кишки, отрезать пальцы и скормить псам?
Снова одобрительные возгласы.
Я поднял меч и пару раз подкинул его в воздухе, рисуясь перед молодым пареньком, наставившим на меня утреннюю звезду. Возрастом он едва ли был старше меня, а ростом – даже чуть-чуть ниже, но стоял прямо и уверенно, а накаченная квадратная шея говорила о немалой мощи.
Но с того момента, когда на мой язык попала человеческая кровь, я заметно осмелел и вообще перестал контролировать свое поведение. В голове плавал туман, все вокруг кружилось, словно я упился эля или вина, а язык напрочь отказывался подчиняться здравому разуму.
- Итак, - тихо пробурчал я под нос и принюхался, - нас окружили. Вы бы хоть помылись, ребята, а то что же, за милю же учуять можно! Теперь понятно, почему кони сбежали…
- Эй, заткни его, Лоля! На нервы действует, - приказал пареньку передо мной шеф с шестопером, и тот довольно осклабился.