— То есть? Как это?
— Ухажёр у неё появился, коллега с работы, дело к свадьбе идёт. А ты, конечно, ничего не видел и не знал…, ох, мужики, мужики, ничего вы вокруг себя не видите, всё бы вам "войнушка", да "стрелялки".
(Через три дня)
— Ох, Саша, как же я люблю море, — прошептала еле слышно Люба стоя на балкончике недорогой гостиницы и слушая шум прибоя, — а звёзды! Смотри какие звёзды!
— Угу, — согласно буркнул в ответ пристально вглядывающийся в непроглядный мрак Александр.
— Саша! Ну что ты за "бирюк" такой? — ткнув его пальчиком в бок рассмеялась Люба, — бу-бу, бу-бу…, хотя, почему то, Алёшка раньше тоже такой бука был, а сейчас, рядом с тобой всё мягче и веселее становится. А Коля так вообще, "золото", а не ребёнок.
— Кстати, пора бы их уже, а то они совсем уже заигрались, — повернулся в сторону совместного с сыном номера Александр.
— Давай я лучше сама, — тронув его за руку остановила Люба, — а то ты их всегда пугаешь.
— Яааа?! — искренне удивился отец.
— Да! — с улыбкой подтвердила мама, — просто ты этого не замечаешь. Ой, они уснули!
— Ну и как теперь? Алешу к тебе перенесу?
— Не надо, — вся дрожа и блестя слезинками прильнула к нему Люба, — меня "перенеси"…, Сашенька, я уж не думала, что когда-нибудь скажу это…, Сашенька, я люблю тебя.
Отрезок FA
— Александр Николаевич, — прикоснулась к плечу задремавшего отца новорожденных медсестра кардиологического центра, — всё хорошо с Вашими девочками, обе здоровенькие родились, всё нормально. И мама чувствует себя удовлетворительно.
— А-а? — встряхнулся измученный безсонной ночью мужчина и оглядел залитый розовым утренним светом холл клиники, — а можно мне к ней?
— По хорошему, не надо бы, умаялась она, всё таки возраст, и здоровье у неё, а тут двойня…, ну ладно, пойдёмте.
Дождавшись когда Александр оденет шапочку, халат и бахилы, повела его в "святая святых".
— Любит она Вас, видимо очень сильно любит, все когда рожают "маму зовут", а она Вас звала.
Потихоньку открыв дверь и предупредив:
— Только недолго.
Запустила внутрь.
Александр на цыпочках прокравшись сначала к детской кровати посмотрел на крохотные красные личики спящих девочек, а потом подошёл к Любе.
Измучанная долгими родами женщина тихо, еле слышно дышала. Александр с непередаваемой болью вгляделся в её омертвело осунувшееся лицо и опустился перед кроватью на колени, боясь даже прикоснуться к ней, чтобы ненароком не разбудить.
— Родной мой, — не открывая глаз прошептала Люба, — ты пришёл.
— Прости, я разбудил тебя, прости, — еле проговаривая слова через удушающий ком в горле проговорил Счастливый Муж и Отец.
— Это ничего, ничего, — так и не открывая глаз успокоила его Богоизбранная Жена, — это хорошо, что ты ПРИШЁЛ, я так ждала тебя, так ждала, — поглаживая его правой рукой по затылку и вытирая левой текущие по его лицу слёзы, потянула к себе, — иди ко мне, дай я тебя обниму и поцелую.