— Очень серьёзный подход к делу, — оценил мои слова Виктор. — Ты вот так всё расписал, что я задумался — почему же я сам до этого не додумался. Ты не только начал собирать армию, но и даже уже знаешь, что она будет делать после кризиса. Зотов, вот не умеют подростки в твоём возрасте думать столь широко и продумывать всё до мельчайших деталей. И я по собственному опыту — сам был молодым, дети у меня есть, вот скоро и внуки подоспеют. Вот и скажи мне почему ты так выделяешься абсолютно во всём, а? Ты даже не чёртов вундеркинд, ты просто чёртов господь бог!
Настал тот самый момент, когда мне начинают задавать очень непростые вопросы. Рано или поздно это случилось бы, тут ничего не поделать. И ведь даже толком ответить не могу. Я вон, даже Елене не собираюсь рассказывать всю правду о себе.
— У меня нет ответа на ваш вопрос, Государь, — отвечаю я. — А даже если бы был — вы хотели бы услышать его?
— Хотел бы, — чётко и уверенно ответил Виктор. — Это не тот случай, когда лучше не слышать ответа на заковыристый вопрос. Но так и быть, будем считать, что ответа на него действительно нет. Твоя идея с армией мне не по духу, однако я свыкнусь с этим. Только вот давай ты не будешь забирать из государственной армии ценных кадров. Собираешь армию — ищи солдат и офицеров в другом месте.
— Да я так и сделал бы, вы мне сами подсунули целую роту морпехов, — улыбаюсь я. — Но назад не отдам, даже не просите, подарки обратно не возвращают.
— Смотря какие подарки, — император сам усмехнулся. — Теперь поговорим про твоё баронство. Формальности займут пару дней, официально объявлю о том, что дарую тебе потомственное дворянство и титул барона на моём выступлении насчёт всего этого бунта. Но можешь называться бароном и считать себя полноценным дворянином уже сейчас. Подумываю дать тебе небольшой надел в Крыму, но может у тебя будут иные пожелания?
— А не рановато ли мне давать надел? — Спрашиваю вполне искренне. — Барон же буду, не графом. При этом ни семьи, ни родных, слуг тоже нема. У меня лишь самый минимальный набор всего необходимого для дворянства в наличии.
— Ага, а чем тебя ещё награждать предложишь? Награда за спасения Симферополя в наличии, за спасение меня и хана тоже, теперь будем ещё награждать за подавление бунта и опять же моё спасение. Вот было бы тебе восемнадцать, то можно было дать тебе за всё это целого графа. А так, с учётом обстоятельств и нарушения кучи правил, лишь баронством могу тебя порадовать.
— Мне больше и не надо, Государь. Главное потомственное дворянство есть и хорошо. Теперь можно начать готовить основу для счастливого будущего моего рода. А теперь Государь давайте прекратим делать вид, что слона нет в этой комнате.
— Давай. Пускай ты и сам это понимаешь, но я, как и мой отец когда-то, жалею о гибели твоей семьи. Это была настоящая трагедия и, к сожалению, мой род ничего не мог поделать с этим. Империя стала на краю, дворяне совсем страх потеряли, тяжёлое было время.
— Понимаю, Государь. И даже верю вашим словам. Только вот дело в том, что часть вашего рода участвовала в уничтожении Зотовых. Вы ни причём, как и старшие ветви Рюриковичей. Тем не менее факт такой — Рюриковичи стояли за гибелью Зотовых. Это кровавый долг, я просто не могу его проигнорировать. Я уже начал мстить за родных и обязательно доведу месть до конца, причём всё сделаю по законам империи. И с твоей семьи спрошу Государь, по-другому просто не могу.
— Понимаю. Как ты хочешь уладить этот вопро?
— Кровь за кровь, всё должно быть честно.
Император сильно напрягся, услышав от меня эти слова. «Кровь за кровь» это означает практически «жизнь за жизнь». Погибли мои родичи, значит могу стребовать с Рюриковичей далеко не одну жизнь. И теперь Виктор думает, что же я запрошу в уплату кровавого долга.