— Мы подумаем, как можно эффективно использовать всю эту ситуацию с Легионом, — пообещал Валерий. — После сегодняшнего я уверен в том, что стоит заняться этим вопросом вплотную. Если мы не просто лишим Совета его сил, но и усилимся сами, то это будет просто прекрасно. Не скажешь, как именно ты уговорил легионеров послушаться тебя?
— Лучше мы это обсудим завтра на встрече в гостях у князя, — сказал я. — Разговор не для лишних ушей, да и императору следует узнать эту информацию.
Валерий с Леонидом понимающе закивали головой. Мы и так тут слегка навели шороху с этой операцией, но всю эту ситуацию удастся обыграть. Что там предлагал Рюрикович? Операция по ликвидации иностранных агентов влияния, что стояли за недавним бунтом. Звучит красиво, а главное это не только не вызовет вопросы у общественности, но и наоборот настроит её на нужный лад. Когда я разберусь с Неназванными, что действительно стояли за бунтом, их можно будет открыто выставить как истинных зачинщиков всей этой смуты и тем самым ударить по Европе и Совету. Сплошные плюсы!
В конце концов мы начали разъезжаться. Романов подбросил меня до Академии, а мои легионеры вместе с пленными отправились в наше подземное убежище. Добравшись до квартиры, я с большим удовольствием переоделся в домашнее и рухнул в своё уже любимое кресло. Какой же кайф! Хорошо хоть я сегодня оделся в достаточно удобную и комфортную одежду, а не проходил всё это время в каком-нибудь костюме и туфлях.
Какой-то немного… странный день у меня сегодня был. Сначала казнь, потом бар, покушение, облава на укрытие легионеров, спешные переговоры. И вроде как всё прошло хорошо, итоговые результаты исключительно положительные. Только вот эта горечь, связанная с убийством командира, до сих пор терзала меня.
Из-за этого убийства сразу вспомнились конкретные события моей прошлой жизни. Особенно самый горький момент, который… Эх, ненавижу вспоминать об этом. Самое худшее воспоминание, от которого я успешно бегу и не вспоминаю о нём всеми силами. Кто-то скажет, что побег от собственных проблем это не выход. Только вот конкретно эту проблему ни за что не решить только если не найдётся машина времени и способ вернуться в мой родной мир. А вот эти ваши слова про «смирение» и «принятие» оставьте при себе. Это работает только в красивых историях и сказках. На деле же тебя это терзает всю твою жизнь или же ты бежишь от этого также на протяжении всей жизни.
У длительной или даже вечной жизни есть свои серьёзные минусы, которые могут превратить её в вечную пытку. Так что да, я буду бежать от таких воспоминаний, чтобы самого себя не мучить. Ничего хорошего в те годы моей жизни не было.
Тут неожиданно открылся замок двери моего жилища. Когда сама дверь уже начала открываться я успел скастовать сразу три боевых заклинания, которые готов был активировать в любой момент. Однако это не потребовалось так как ко мне в квартиру зашла Лена.
— Что? — Спросила она, заметив моё удивление. — Я ещё несколько дней назад взяла запасные ключи в ректорате твоей Академии. Или ты против?
— Нет, но вот так заявляться почти под самую ночь в моё жильё… Понимаешь, что пойдут разговоры и прочее?
— Ой, да какая разница уже, — отмахнулась Лена. — Даже мои родичи говорят о нашей с тобой свадьбе как уже давно решённом вопросе, что говорить про остальных. В разговорах меня даже прямо называют твоей невестой. И да, дядя рассказал, что ты в уплату кровного долга заявил, что я отныне твоя. Так чего ты играешь в стесняшку?
Что же, она меня уела последним аргументом. После того как мы с императором договорились как именно будет оплачен кровавый долг, Лена теперь действительно МОЯ. Собственно, поэтому я совсем недавно плюнул на все условия и наши отношения сделали новый шаг. А с этим кровавым долгом можно даже съезжаться. Если же у кого-то возникнут вопросы или даже претензии на тему чего это мы живём вместе, то можно им объяснить ситуацию и сказать, что если кому-то что-то не нравится, то этот недовольный может получить в морду.
— Могла бы подождать пока я не куплю нормальное жилье себе по статусу, — лишь сказал я. — Как бы мне не нравилась эта квартирка, но негоже целому барону жить в общежитии на государственных харчах.