— Не думаю, — вынужден был признать я очевидное. — Но и я так просто сдаваться не собираюсь. Этот вопрос для меня принципиален.
— Твоя принципиальность делу не поможет, — возразила блондинка. — Пока есть такая возможность будут желающие породниться с тобой. И сами молодые девицы упускать такой шанс не захотят. Твои принципы они будут по барабану, они будут пытаться добиться желаемого ради самих себя.
Очень хотелось возразить Лене, но аргументов у меня не было. Я всё же надеялся, что моя принципиальность в вопросе количества жён позволит мне обойтись без целого гарема девиц. В конце концов, кто же со мной спорить будет, а? Однако Лена права в том, что желающие породниться со мной всегда найдутся. Уж что-что, а человеческую натуру я знаю прекрасно, успел её изучить. Боюсь даже сам император будет подсовывать мне всяких девиц как он уже это сделал с Алимцэцэг и Викторией. Ну допустим с монголкой там всё сразу вышло непросто, я умудрился спасти хана и поэтому он сам заинтересовался мною. Но с немкой мне удружил именно Виктор.
Поэтому одними принципами тут не обойтись, нужно что-то ещё. И видимо Лена предлагает мне забить все свободные позиции моих потенциальных жён. Типа с четырьмя жёнами ко мне перестанут лезть, ибо это более чем достаточно и даже много для меня одного.
— Четыре жены это много, — говорю я после нескольких секунд молчания. — Слишком. Особенно учитывая, что я надеялся остановиться лишь на двух.
— Если думаешь, что я от этого в восторге, то ты ошибаешься, — скзаал Елена. — Однако перспективы куда хуже, чем этот план. От тебя отстанут, будет благодаря кому численность рода восстанавливать. Уже второе поколение возрождённых Зотов будет иметь не менее четырёх основных линий наследования.
— Всё равно мне эта идея не нравится. И вообще, ладно с Машей всё ясно. Но монголка и немка? Я полагал, что уж ты-то определённо будешь против этой парочки.
— Насчёт монголки особых претензий у меня нет, — отмахнулась Лена. — Умная, хладнокровная, больше чем нужно отхватить не пытается. С нею можно иметь дело, в качестве младшей жены она будет незаменима. Вот сам скажи, неужели она совсем не вызывает у тебя симпатий?
— Ну… Сложно сказать, — задумался я. — Она мне может и симпатична, но… Какая-то она вроде никакая. Да, она в нашей компании, мы учимся вместе и постоянно общаемся. Но говорить о симпатии рановато.
— Просто она дожидалась удачного момента, чтобы начать действовать более активно. Поверь, в скором времени ты заметишь изменения в её поведении. Будет у тебя время, чтобы определится симпатична она тебе или нет. Что касается немки… Да, вздорный характер, проблемная она, но работает над собой и готова принять то, что была не права. И, как оказалась, она убедила Машку и Алимцэ объединиться, чтобы стать твоими жёнами. А потом уже они решили поговорить со мной на эту тему и даже убедили помочь им. Это всё говорит в её пользу.
Вот оно, женское коварство! За моей спиной эти четыре девицы устроили самый настоящий заговор! Даже ревнивая Ленка смогла усмирить свои эмоции и согласилась содействовать трём другим девушкам в вопросе женитьбы на мне. Вот после этого у кого-то будут вопросы почему я прожил почти три сотни лет в качестве холостяка?
— Никит, я от тебя решения прямо сейчас не требую, — сказала Лена. — И девчонки тоже. Просто поразмышляй об этом. А ещё дай этой троице шанс, хорошо? Я действительно очень много думала об этом. Род Зотовых надо возрождать, а ещё надо обеспечить спокойствие для семьи. И давай вместе признаем очевидное — вот эта троица лучше, чем любые другие варианты.
— Хорошо, обещаю подумать, но ответа от меня не жди достаточно долго, — сказал я. — Вопрос, мягко говоря, непростой. И решать его придётся скорее всего после того, как преодолеем кризис. Не раньше. Но на тебе готов жениться и раньше.
— Вот и хорошо, — улыбнулась девушка. — Девчонкам скажу, чтобы сильно не напирали и не пытались добиться результата слишком быстро. Всё будет хорошо.
— А как по мне чем больше самочек и котят, тем лучше, — услышали мы с Леной новый голос.
Мы вдвоём сразу же уставились на Шафрана, который и скзаал последнюю фразу, а сейчас спокойно умывался с помощью лапы.